– Нет, это никакое не свидание. – Джейк непреклонен. – Но нам пора бы уже определиться с датой. Когда ты свободна?
– Никогда.
– Как насчет завтра?
Два вечера подряд? Он спятил? Я никогда ни с кем так не встречалась!
– Вау! Не терпится увидеть меня снова?
– Да, – признается Джейк, и мое сердце предательски замирает. – Ну так что? Завтра?
Я сдаюсь так же быстро, как рушится карточный домик.
– Хорошо. Но я не потащусь снова в Бостон. За эту неделю я провела здесь столько времени, что на всю жизнь хватит.
– Я выберу что-нибудь поближе к Гастингсу, – уверяет меня Джейк. – У меня будет машина Брукса, за тобой заехать?
– Нет, ни в коем случае! – Ни за что на свете я не позволю Джейку появиться на пороге дома моего отца, чтобы забрать меня на свидание. – Если только, конечно, ты не хочешь умереть.
Он усмехается.
– Я надеялся, что ты откажешься, но так как я джентльмен, то все равно должен был спросить. Тогда заплачу за такси.
– Я не нуждаюсь в твоей благотворительности, – насмешливо заявляю я.
– Тебе просто нравится все усложнять, правда?
– Угу. – Я роюсь в сумочке, ища кошелек.
– Хочешь, еще поцелуемся на дорожку? – В голосе Джейка столько надежды! Как у маленького мальчика, который хочет получить подарок.
– Нет уж.
В его глазах вспыхивает дьявольский огонек.
– А как насчет минета?
– Очень мило, что ты предложил, но у меня нет пениса.
От смеха Джейка у меня закипает кровь. Он такой глубокий и хриплый, что мне хочется записать его, чтобы потом послушать, когда захочется. Боже, что за нездоровые, безумные идеи? Вот и тревожные звоночки. Я начинаю получать слишком большое удовольствие от общения с этим парнем, и это беспокоит меня. Очень.
– Ты вчера поздно вернулась. – Недовольно приветствует меня отец, когда следующим утром я вхожу в кухню. – Задержалась на вечеринке, полагаю?
Я открываю дверцу холодильника, чтобы он не увидел, как я закатываю глаза.
– Я вернулась домой около полуночи, пап. В пятницу. И мне пришлось бегом бежать на одиннадцатичасовой поезд, чтобы успеть вернуться в полночь. Так что для меня «вечеринка», – я поворачиваюсь к нему и показываю кавычки, – закончилась в одиннадцать. В пятницу.
– Ты уже слишком взрослая, чтобы дерзить мне.
– И я слишком взрослая, чтобы меня отчитывали за мою личную жизнь. Мы же уже говорили об этом. Ты сказал, что не будешь читать мне лекции.
– Нет, это ты об этом говорила. А я не произнес ни слова.
А вот папа не стесняется закатывать глаза
Отец останавливается перед навороченной кофеваркой, которую ему подарила тетя Шерил на прошлое Рождество. Я даже удивлена, что он ею пользуется. Обычно папе плевать на всякие технические прибамбасы, если только, конечно, речь не идет о каком-нибудь ультрасовременном хоккейном инвентаре или экипировке.
– Хочешь чашечку? – предлагает он.
– Нет, спасибо.
Я залезаю на один из табуретов у кухонного островка. Ножки у него неровные, и он качается подо мной, пока не обретает равновесие. Я открываю маленькую упаковку йогурта и принимаюсь за него, а папа стоит у мойки и ждет, пока сварится его кофе.
– Тебе не обязательно было ехать на поезде, – ворчит он. – Могла бы взять мой «Джип».
– Ничего себе! Мне снова позволено водить твой драгоценный «Джип»? Я-то думала, что он для меня под запретом после того случая с почтовым ящиком.
– Так и было. Но сколько уже времени прошло с тех пор? Два года? Будем надеяться, с тех пор ты поумнела и научилась нормально водить машину.
– Будем надеяться. – Я проглатываю очередную ложку йогурта. – Но я была не против прокатиться на поезде. Так у меня было время почитать учебник и просмотреть все основные моменты игры. Значит, в эти выходные у вас благотворительный матч?
Папа кивает, но он явно не в восторге от этого. В этом году Комитет Первого дивизиона решил, что в этот уикенд каждая команда проведет по благотворительному матчу, вместо того, чтобы сразу начать сражаться в финальных матчах. Игры будут проводиться различными обществами помощи больным раком, и все собранные средства с продажи билетов и аренды пойдут в фонды этих обществ. Конечно, это великое дело, но я знаю, что папа и его команда с нетерпением ждут финальных игр.
– А что с финальными матчами? Вы готовы?
Снова кивок. Но отцу каким-то образом удается вложить в него всю свою уверенность.
– Будем готовы.
– «Кримсон» будет непросто победить.
– Да. Непросто. – Ох уж папа, мастер поговорить.
Я выскребаю остатки йогурта из баночки.
– В этом году они классно играют, – замечаю я. – Они очень, очень хороши.
И не только в хоккее. Джейк Коннелли, например, одарен и в других областях. В искусстве поцелуя. И в том, как возбудить меня. И…
Так, мне нужно перестать думать о нем, сейчас же. Потому что теперь все мое тело приятно покалывает, а я все-таки с отцом говорю.
