— Судя по голосу, это Игнат, — произнёс Эдуард исделал молниеносное движение рукой.
Боевик взвыл и почти выстрелил, но Эд был уже возле него. Перехватив руку с пистолетом, он направил оружие в сторону окна. Прогремел выстрел. А Эдуард ухватил его за горло и подтащил к подоконнику. Второй рукой он держал девочку, так и норовившую упасть на пол.
— Проблема в том, Игнат, что тебе не повезло. Я должен кого-то из вас, уродов, оставить в живых. И этот кто-то будешь ты, — он вырвал у него из плеча нож, который метнул, несмотря на стоявшую перед боевиком девочку. Нож пролетел так близко от её головы, что срезал прядь волос. Эд вложил нож в ножны и, не прерывая движения, снова ухватил Игната за горло и толкнул, выкидывая в окно.
После этого Эд повернулся к девочке и наткнулся на напряжённый взгляд серых глаз.
— Ты в порядке? — спросил Эд, и девочка сначала кивнула головой, а потом помотала в отрицательном жесте. Эдуард только вздохнул и передал её прямо в руки Боброва. — Выводи их, и уходите сами. Я здесь ещё осмотрюсь. Но, сдаётся мне, что всё кончилось.
— Почему ты так думаешь? — Андрей жестом показал сидевшим на полу подросткам, чтобы они поднимались.
— Я уже давно не ощущал всплесков смерти, — и он пошёл к двери. Уже взявшись за ручку, обернулся и посмотрел на Андрея. — Да, пусть твои ребята этого поднимут. Он вроде жив. А то я Диме обещал, что хотя бы одного ему живым подарю, — и Эдуард вышел из комнаты.
Романа Рокотов нашёл на первом этаже. На втором всё было уже закончено, но детей никто не выводил. Они сидели в комнатах и перешёптывались, пока Иван переступал через нечто малоаппетитное, оставшееся от боевиков.
— Чёрт, вашу мать, — прошептал он, быстрым взглядом осматривая детей. Вроде бы никто из них не пострадал, да и особо потрясёнными они не выглядели. Психика у детей более лабильна, им сейчас окажут всестороннюю помощь, и можно надеяться, что всё прошло для них без последствий.
Он только вышел из первой комнаты, которую проверял, как прямо на него выскочили десяток боевиков, которых упустил Эд.
— Бараны криворукие, — процедил Ваня, вынужденный вступить в краткосрочный бой, который его, тем не менее, задержал. — Бобров себе только что наряд вне очереди заработал.
Он обошёл весь этаж и вернулся к лестнице.
— Ну и где тебя искать? — негромко спросил он в пустоту.
Немного подумав, Рокотов спустился вниз на первый этаж. Он успел как раз вовремя. Полянский был единственным полицейским, оставшимся в живых, но это могло в любой момент измениться.
— Лучше бы тебя Дима пристрелил на той нелепой дуэли, — процедил Гаранин, выхватывая пистолет и направляя его на Полянского. — Но ничего, я это сейчас исправлю.
— Ты не выстрелишь, — прошипел Полянский, пятясь назад. — За убийство полицейского тебя казнят.
— А мы никому не скажем, что это был я, — спокойно проговорил Гаранин, покосившись в сторону тела своего человека, лежавшего на полу возле входа.
Рокотов успел перехватить руку Романа, и пуля ушла вверх в потолок. Ловко разоружив Гаранина, Иван резко развернул его лицом к себе, одновременно делая знак Полянскому, чтобы тот валил отсюда к такой-то матери.
— Что ты здесь делаешь? — отчётливо произнёс Иван.
— Этот урод…
— Что здесь делаешь именно ты? — Поймав взгляд Ромы, Рокотов словно зафиксировал его на себе.
— Я не… я связался с Димой. Лапина невозможно вернуть. Тело для этого непригодно, — ответил Роман, и его голос звучал глухо.
— Я разговаривал со вторым твоим бойцом. Ты понимаешь, что в смерти Лапина виноват ты? Ты замешкался, и у него не было другого выбора. Рома, ты не в форме, после тяжёлого ранения, тебя здесь не должно было быть! — Рокотов встряхнул его за плечи, заставляя смотреть на себя. — Сейчас я попрошу Диму, он изготовит нам портал, и мы переместимся вместе с тобой. Наша миссия здесь закончена. Пойдём, Рома, пойдём отсюда.
— Куда? — чуть слышно одними губами произнёс Гаранин.
— Сначала ко мне на базу, а потом, когда мы тебя немного подлатаем — домой.
— А где он, мой дом?
— Однажды один человек, очень мудрый, сказал мне: «Твой дом там, куда тебя приведут. И там, где тебя всегда будут ждать». — Рокотов продолжал смотреть на Рому, но его голос стал при этом тише.
— Разве меня где-то ждут? — вскинулся Ромка.
— А почему ты думаешь, что нет? — спросил Рокотов мягко.
По крепкому сильному телу Гаранина прошла дрожь, и Иван вдруг надавил ему на шею, заставляя наклониться и уткнуться лбом в своё плечо.
— Можешь немного поистерить, пока никто не видит. Это нормально. И если ты ещё на это способен, то значит, для тебя не всё потеряно, — сказал Рокотов тихо. А Рома словно ждал этих слов. По телу снова пробежала судорога, и он несколько раз сильно ударил Рокотова, не убирая лба от его плеча. — Всё в итоге будет хорошо.
— Вы не можете этого знать, — прохрипел Гаранин.
— Нет, не могу, но что-то мне подсказывает, что так и будет, — он отпустил Романа, и тот успел немного прийти в себя, прежде чем дверь распахнулась, и в здание детского дома стремительно вошёл Дима и Кузовлев.
