— Понятия не имею, — честно ответил Гаранин. — Это дом моей матери и меня никогда не интересовали вещи интерьера. Что с твоей кошкой?
— Она очень рада тебя видеть, — ответил Егор, бросая осколки на пол.
— Ну да, разумеется, — совершенно не поверил ему Рома, проходя вглубь гостиной.
— Да, Рома, с возвращением, — улыбнулся Дубов, внимательно разглядывая хозяина дома. — Неплохо выглядишь.
— Ага, на курорте побывал, — хмыкнул Роман, стягивая куртку и бросая её в кресло. — Почему ты ещё здесь?
— А где мне ещё быть? Рабочий день закончился, дел никаких особо нет, — пожал плечами Егор. — Тем более что твои отношения с Вандой меня никоим образом не касаются, а длительность аренды мы с тобой обговорить не успели.
Гаранин обернулся и внимательно посмотрел на Дубова, после чего отвернулся и покачал головой.
— Кстати, о Ванде…
— Егор, я не хочу ничего о ней слышать, — довольно резко ответил Роман, глядя на то, как Андрей поднимается наверх, держа дорожную сумку в руке. — Я полгода потратил на то, чтобы её забыть, поэтому, пожалуйста, ни слова. Иначе вы с Соней отправитесь под мост, пока не найдёте себе другое жилье.
— Как скажешь, — в примирительном жесте поднял руки Дубов. — Ты голоден? Я еду заказал, могу разогреть.
— Да, не откажусь, — улыбнулся Рома, оглядываясь по сторонам. Он не был дома полгода, но даже несмотря на то, что здесь постоянно обитал Дубов со своей мантикорой, особняк нисколько за это время не изменился. Ещё до недавнего времени он вообще сомневался, что сможет сюда когда-нибудь вернуться.
— А что делать с этим? — Егор кивнул на осколки разбитой вазы, в уме начиная подсчитывать убытки, в которые с катастрофической скоростью вгоняла его Соня. Аккуратностью и грацией кошка явно не обладала, сметая всё на своем пути.
— Выкинь, — равнодушно ответил Роман, поднимаясь по лестнице. — У меня нет пиетета к обычным вещам, хоть и дорогим.
С этими словами он поднялся к себе в комнату, чтобы принять душ и переодеться. На Базе у Рокотова он вернул себе форму, и сейчас вся старая одежда должна быть ему в пору. А ещё он не знал, чем ему заняться дальше. Вся его жизнь до Базы и после неё разделилась на две части. И он впервые за долгое время оказался предоставлен самому себе. Пора было возвращаться к нормальной жизни, но Рома сомневался, что ему удастся это легко сделать. Он стал совершенно другим человеком, и теперь предстоит менять слишком много.
Зайдя в комнату, Рома сразу же направился в ванную комнату. Зажёгся свет, и он выругался сквозь зубы, рассматривая многочисленные бутылочки, баночки и флаконы с женскими кремами, шампунями и гелями.
— Да вы издеваетесь, — прорычал он, стягивая с себя чёрную майку, и направился к шкафу, чтобы достать чистые вещи. Открыв дверцу, он оторопело посмотрел внутрь, после чего аккуратно закрыл шкаф, выдохнув. Выйдя в коридор, он на секунду прикрыл глаза. — Егор! — рявкнул он, надеясь, что Дубов его услышит и объяснит, что чёрт возьми здесь происходит.
— Что случилось? — Дубов материализовался перед ним, внимательно разглядывая своего арендодателя.
— Это что? — Рома схватил его за руку и втащил в комнату, подводя к шкафу. Открыв его, он достал первую попавшуюся вещь и бросил её Дубову. Егор поймал тряпку и, развернув, скептически осмотрел.
— Похоже на ночную сорочку. Довольно откровенную, да, я бы сказал, очень откровенную, — протянул задумчиво Егор.
— И что это делает у меня в комнате? — тихо поинтересовался Рома, стараясь держать себя в руках, бросив беглый взгляд на остановившегося в дверях Боброва.
— Ну, я могу предположить, что это всё осталось от Ванды. Своих подружек я сюда не привожу, а свою комнату ты не разрешаешь убирать приглашённым девочкам. Так что сомневаюсь, что это оставил кто-то из них, — ухмыльнулся Егор. — Если ты не помнишь, Ванда здесь жила больше месяца, пока её не сломал Клещёв криво работающим артефактом, — он скомкал шелковистую тряпку и бросил её обратно Гаранину.
— И почему это всё до сих пор находится в моём доме? Я больше скажу, в моей комнате? — слишком мягко спросил Роман, не сводя взгляда с Егора.
— Я что, в твоих вещах копаться буду? Мне это не нужно, — пожал плечами Дубов, разглядывая содержимое шкафа, наполовину заполненного женскими вещами.
— Егор. Она съехала полгода назад, так какого чёрта…
— Рома, Ванда жила именно здесь, в этой комнате, — прервал Гаранина Егор. — Скорее всего, после того как ты завалил её в койку на приёме у Моро, она как-то неправильно всё поняла и решила, что жить вы станете вместе. Что сказать, Ванда довольно странная, за это мы её и любим. Кто же, кроме неё, мог вообще додуматься до того, что любовники будут жить в одной спальне? — усмехнулся Дубов. — В Древних Родах всё как-то иначе? Мне Лео пытался что-то не так давно объяснить. Раздельные спальни у супругов, все дела… — произнёс Егор, следя за реакцией Гаранина на его слова.
— Что ты вообще несёшь? — нахмурился Рома, потирая переносицу.
