Я скрутила страх в узел, как плетение, сжала, добавив ярости, боли, и ненависти к старухе… ко всем ним… и… швырнула эмоции… открываясь так широко, как могла…
***
Тир матерился, из последних сил удерживая защитный купол — растянуть на пятерых! Он сшиб артефакт клети сразу, но они шевелились слишком медленно.
— Лидс, Фейу, — первая линия — защита! Только защита! — проорал он громко. — Отступайте в угол! Держать оборону, не нападать!
— Вайю! — пискнула Ву.
— Отступать! Лидс!
Когда рядом расцвели два защитных купола сразу, Тир позволил себе миг передышки. Творилось демоны знает что — Серые убили Жреца, старуха орала — измена, и «крысы» крошили серых и пустых.
Не думать. Не анализировать. Действовать. Так учил отец. Он потом рассмотрит каждый шаг на записях.
Круг вспыхивал, и Блау была окутана огромными светящимися спиралями силы, которые приподнимали её над полом.
— Кантор!
— Позже, — отмахнулся он от Марши и щелкнул кольцами. — Нужно порвать круг…
И вытащить Блау. Если это вообще ещё возможно.
Прежде, чем он успел сделать шаг, их накрыла ментальная атака такой силы, что он, тренированный с самого детства, рухнул на одно колено, не удержав равновесие, защитное кольцо рассыпалось в пыль, а сзади завизжали так, что заложило уши.
Страх. Страх был всеобъемлющим и таким большим, что поглощал всё… страх раствориться… растаять… исчезнуть… потерять себя прямо здесь и прямо сейчас… ярость, ужас, ненависть, боль…
Эмоции прошибли наотмашь, и тонкая струйка крови хлынула из носа.
Фейу завизжала от ужаса, и спину обожгло огнем — Марша Фейу потеряла контроль над родовым даром.
***
За кругом всё вспыхивало огнем — горели чужие плащи, ханьфу и руки, купол пылал — пламя стекало вниз, отброшенное защитой рунного круга. Уровень силы нарастал, плотность увеличивалась, жертв было слишком много, слишком…
…сила ярилась внутри, прошибая защиту, и когда рухнул очередной наемник — достигла критической массы и внешний круг рухнул…
Дальше всё слилось в одну сплошную полосу — сила хлынула вверх, метнулась вниз, и целиком упала прямо в центр ослепительной серебристой стрелой…
Сдохну! Это была последняя мысль, перед тем, как я в последнем порыве выставила цепь блокиратора — сила ударила в неё и… меня отшвырнуло вверх.
Я болталась в воздухе на натянутой цепи, которую прошивали разряды силы, цепь светилась ослепительно белым светом, кольца сияли, и сила текла в руки — прямо в браслеты Арритидесов. И так тяжелые после лабиринта, они жрали, жрали, жрали, жрали… бесконечно жрали чужую дармовую силу… насыщаясь так, как будто завтра Исход… сила текла медленнее, цепь сияла, меня мотало в воздухе… запястья под браслетами просто горели, как будто их сожгло до мяса…пока одно из звеньев цепи не выдержало — треснуло с хрустом и …
Я отлетела на десять шагов, больно, со всей высоты ударившись лицом и боком о каменный пол. Браслеты жгли так, что я не чувствовала рук, и сияли так, что глазам было больно.
— Блау! — орали за кругом.
— Блау! — Тир несся ко мне, перепрыгивая тела и уклоняясь от плетений. — Блау, сзади!
Я обернулась — старуха приближалась, подняв артефакт высоко над головой, и крючковатым пальцем указывая в мою сторону.
— Огня! Нужно огня! Огонь уничтожит артефакт! — проорала я Тиру и начала отползать назад — псакова цепь звенела следом.
Кантор кастовал на бегу — и не мелочился — «стена» одна за другой, полыхнув жаром, унеслась в сторону Аю, и ещё «стена», но её купол пока держался. «Пустые», повинуясь приказу старухи разворачивались и маршировали от входа к нам.
И в этом момент по куполу старухи зазмеились молнии — один из Серых долбил в одну точку, четко и методично, не прерываясь ни на миг и… пропустил удар сзади.
Упал. Швырнул за спину разрывное, и продолжил.
— Бей! — закричала я Тиру! — Бей! Вместе!
И Тир снова щелкнул кольцами.
Купол старухи не выдержал и схлопнулся, вспыхнул в воздухе, Серый прыгнул вперед — и я поняла куда он метил — рванул цепочку с шеи, ключ взлетел к потолку, и в этот момент ударила Фейу.
Ударила со всей силы, Полыхнуло так, что у Старухи вспыхнули руки до локтей, артефакт, и волосы. Последние «пустые» рухнули вниз сломанными куклами, а старуха исчезла в серебристой вспышке, с характерным круговым следом.
Портключ. У твари был портключ.
Светлые пределы
Ученик торопился, бежал, почти падая, сбиваясь с ног, не смея доверить эту новость кому-то — только лично.
— Наставник! Наставник!
В кабинет он влетел запыхавшись, и первый раз за всё время обучения, ему было плевать на неподобающий вид — а Старшие были очень строги к дисциплине, на растрепавшуюся прическу, и мятый подол ханьфу. Плевать на всё, кроме одного.
— Браслеты! Браслеты — они проснулись!
Двадцать четвертая шахта восьмой уровень
