— А мне рассказали, как сегодня утром Лихласа выводила из этого дворца стража… под конвоем.
Улыбка на лице Эльриона стала ещё шире.
— Не выводила, а сопровождала, — поправил он мягким, почти отеческим тоном. — Не могу же я отправить главу Первого Дома и очень важного посла одного, без охраны. Миссия предстоит трудная, кто знает, что у орков на уме? Лихлас на месте будет контролировать весь процесс и сотрудничать с кентаврами. Ну и раз это была его идея, пусть он же её и претворяет в жизнь, — Эльрион вполголоса рассмеялся, но в его смехе не было ни капли веселья.
Он сделал паузу, давая им переварить его слова.
— Не вы одни идёте по пути Фолиандреля. С тех пор, как он пропал, я много размышлял о предназначении эльфов и очень жаль, что такая восхитительная мысль — протянуть нуждающемуся врагу руку помощи — не пришла мне первому в голову.
Он склонил голову в лёгком, почти театральном поклоне.
— Я склоняюсь перед вами, перед вашей решимостью и миролюбием, вашим желанием нести свет другим.
Лица глав просияли. Они расправили плечи, принимая похвалу, словно давно желанную награду.
— Но кое-что вы всё же забыли, — голос Эльриона вновь стал деловым и наставительным. — Кое-что маленькое и неприметное — хоббитов. Кто знает, какие опасности могут прийти опять с севера. Их тоже следует перевести на другую сторону Эльдории. Так мы сможем защитить их в случае угрозы.
Он посмотрел на них с напускной доверительностью.
— Доверить такое дело я могу только вам троим. Вы своим письмом уже доказали заботу о других. Теперь следует доказать это на деле. Пусть семьи ваших Домов вместе помогут хоббитам переселиться на восточную часть леса. Я удостаиваю ваши Дома этой великой чести. Не подведите меня.
Его жест был ясен — аудиенция окончена. Приказ не обсуждается.
Главы торжествующе переглянулись. На их лицах читалась сложная смесь облегчения, удивления и затаённого недоверия, но никто не осмелился возразить. Как только за последним из них закрылась дверь, улыбка мгновенно соскользнула с лица Эльриона, сменившись чистым, неприкрытым презрением.
Следующие несколько дней ожидания король провёл в компании Ардолинн. Он не проявлял к ней ни заботы, ни теплоты, а будто испытывал, делясь обрывками своих планов. Он с холодным любопытством наблюдал, как его слова разжигают в ней внутреннюю бурю, сталкивая любовь и долг.
Взгляд эльфийки, до этого сиявший обожанием и преданностью, за эти дни окончательно потух. Тот, кого она любила страстно и беззаветно, представал перед ней расчётливым тираном, спокойно жертвующим не просто единицами, а целыми народами.
Ардолинн выросла на учении Фолиандреля. Она, как и Изначальный, верила, что эльфы — высшие существа, призванные быть светочами и защитниками для других. И с каждым словом Эльриона эта вера давала в её душе новые трещины.
Король не выпускал её из своих покоев. Прямо не запрещал уходить, но стоило ей сделать шаг к двери, как он окликал её, заводил разговор, увлекал обсуждением — невидимая клетка из слов и внимания.
Третий день тянулся бесконечно. За окнами медленно светлело, ночь сменялась холодным утренним серым светом. И когда уставший от ожидания Эльрион уже начал терять терпение, ему наконец доложили о приходе Лирона. С непривычной для его сана поспешностью король выскочил из покоев.
— Мой король, — советник стоял, слегка сгорбившись от усталости, но глаза его горели. — Я сумел пообщаться в неформальной обстановке с главой каждого Дома. Не все они, конечно, благосклонно приняли ваши решения, но почти всех я смог уговорить не предпринимать действий, открыв часть планов. Колеблющийся остался лишь один — глава Пятого Дома. Откровенно враждебно настроен глава Второго Дома. Он сказал, что никогда не поддержит такое надругательство над нашими идеалами и поручит всей своей пограничной страже стрелять в орков на поражение. “Ни один орк не пройдёт через Эльдорию без стрелы моего Дома” — так он сказал.
Эльрион, заслушав доклад, позволил тонкой, ядовитой улыбке тронуть свои губы. В его глазах вспыхнул холодный азарт охотника.
— До чего же чудесно… очередная фигура покидает доску, — еле слышно пробормотал он, а вслух произнёс чётко и властно:
— Ты отлично послужил мне. Недовольство Второго Дома — это именно то, на что я рассчитывал, посылая тебя. Но сначала стоит до конца разобраться с главой Первого Дома.
— Заговорщикам я сказал, что отправил Лихласа на важную миссию, ха-ха, — Он коротко, беззвучно рассмеялся. — К моменту, как они поймут, где он на самом деле, — будет уже новый глава. Верный. Узнай, кто из этих четверых членов Первого Дома лучше подойдёт для наших планов.
Король передал советнику заранее записанный на клочке пергамента список имён.
