Роб соглашается в день интервью посетить репетицию своей группы, в основном для того, чтобы русские смогли его там подснять. Приехавший ведущий, Андрей Малахов, первым делом дарит Робу очень странный русский клоунский свитер, и Роб говорит, что прямо сейчас его и наденет. «Но не на камеру, — оговаривается он, — у меня ж сиськи вислые». Ведущий рассказывает, что в аэропорте, когда он назвал цель визита, проверяющий паспорта назвал Роба «сэр Робби Уильямс».
«Так и сказал? — переспрашивает Роб. — Ну, это вопрос времени. Что мне сказать?»
После того как Роб порепетировал несколько новых песен, в частности, «Mixed Signals», исполнив их вообще в первый раз, и прошелся дважды по «Party Like A Russian» для российских телевизионщиков, причем все это время не снимая клоунского свитера, они переходят в небольшую комнатку наверху, где будет проходить первая часть интервью. Роба спрашивают про те символы, которые есть в клипе, и те, что пропущены. Он говорит, что не знал, что медведь — символ России, и объясняет, что водка — вполне реалистичный выбор: «К сожалению, когда пью, я ужасен. А водку я обожал больше всего — страсть прям к ней, но к сожалению, страсть уже не со мною. Я ни глотка алкоголя не пил уже семнадцать лет, и в самый последний раз пил как раз водку». Он признается, что толком не знал, кто такие олигархи, и посмотрел значение этого слова в словаре только после выхода сингла: «Я-то был уверен, что „олигарх“ — это тот, кто очень хорошо зарабатывает. Ну правда». Интервьюера это явно позабавило. «Я просто думал, что это хорошая вещь», — продолжил Роб.
Вторую часть интервью снимают в частном садике в середине жилого квартала в центре Лондона. Роб пытается донести мысль: «Мне очень важно, чтобы Россия знала — я сочинил „Party Like A Russian“ потому, что искренне люблю вас», — но вопросы по большей части о другом. Ведущий спрашивает про британский этикет — какие письма с благодарностью надо писать, нормально ли с друзьями в ресторане делить счет, а также он хочет знать про овсяную кашу.
«Вы едите овсянку? У нас считают, что все англичане едят овсянку».
«Да, я сам ел овсянку каждое утро, — идет навстречу Роб, — потому что думал: вот мне углеводы на целый день, больше сегодня их не получу. Но с возрастом тело замедляется и от овсянки нужно отказаться».
Наконец Роб находит тему, связанную с культурой России, о которой он что-то знает, а именно — российский участник «Евровидения» этого года, почти скандальный. Роб говорит со страстью, что его очень раздражает: собираешь людей смотреть «Евровидение», и никто не концентрируется на шоу все три часа. «Это же спектакль, — говорит он. — Гламур и глупости всякие, вот за что я его и люблю. А русские за то же любят конкурс?»
«Русский народ, — отвечает ведущий, — полагает, что в музыке это Олимпийские игры».
И вот тут-то безумная мысль и заходит в голову Роба. И как и почти все безумные мысли, что заходят в голову Роба, эта безумная мысль тут же вырывается из его рта.
«Вау! — говорит он. — А ты знаешь, что? Я бы хотел поучаствовать в „Евровидении“ от России».
У стоящего позади камеры Майкла на лице сложное выражение забавы и ужаса с долей, возможно, «вот-ты-меня-щас-подставил-конкретно».
«Вот я это сказал, а менеджер мой наверняка сейчас так вот, — Роб кладет ладонь на лоб — якобы это Майк, у которого заболела голова, — но хотел бы я представлять на „Евровидении“ Россию».
«Вот это самая главная новость», — говорит ведущий.
И ведь сегодня это не самый странный момент. При выключенной камере Андрей Малахов рассказывает, что десять лет назад написал бестселлер «Моя вторая половинка». Книга — о его тайном альтер эго, близнеце, которого никто не знает. «Он забавный, он открытый, свободнее, чем я, круче, знаменитее… в этой личности всего
И — странный кусочек. В книге имя этого альтер эго — Робби, и Малахов утверждает, что это совсем не совпадение. «Голос зовут Робби, и зовут его так в честь Робби Уильямса, потому что я всегда ассоциировал себя с Робби Уильямсом», — говорит он.
«Ух ты, — говорит Роб, не зная, что сказать. — Невероятно. Полностью я не понял, но, думаю, что не предполагается, чтоб я понимал».
«Да нет, если серьезно, то я по тебе с ума сходил, — объясняет Малахов. — В Рождество слушал твой дуэт с Николь Кидман 24 часа в сутки, раз за разом. От этого у меня накатывали воспоминания, не знаю, вот как ты говорил, про детство, счастье, елку новогоднюю. А книга про меня и того Робби, который живет во мне»
В машине по дороге домой он смеется над тем, как у него вырвалось предложение спеть на «Евровидении».
«Это, наверное, было бы самым странным моим поступком, сделай я это на самом деле, — говорит он. — Я, чуть более чем весь, хочу сделать это».
