Она выпустила учёного. Тот начал прихорашиваться, будто взъерошенная птица.
– Капитан, посмотрите на записи камер, – благодушно посоветовал он. – Вы увидите, что мистер Моне первым напал на меня.
– Потому что ты хотел убить нас! – заорал Уилл. – Эта скотина заставляла меня сказать ему то, чего я не знаю!
– Капитан, я обнаружил, что мистеру Моне известен секрет «звёздного ключа», но мистер Моне не хочет делиться им, – сообщил Хьюго.
– Да ты, идиот, просто рехнулся! – заорал Уилл физику в лицо. – Что не так с ответом, который у тебя перед глазами? Так трудно поверить в то, что Преобразившиеся транслируют программу? Они могут перестраивать звёзды. Они сделали чёрную дыру, создавшую весь этот грёбаный узел! Какая разница между этой дырой и той, что в центре грёбаной галактики?
Самодовольная улыбка Хьюго слегка потускнела. Он не знал, что чёрная дыра узла – искусственная.
Ошалев от ярости, Уилл продолжал давить.
– Кретин, отчего, по-твоему, они с такой лёгкостью отдают схему «ключа»? Потому что без них «ключ» – ноль! Как и всё грёбаное человечество! Полный ноль!
Уилл отвернулся, красный, как репа, и обнаружил, что и капитан, и Рэйчел очень странно глядят на него. И тут дошло: физик не знал про дыру, потому что Уилл не упомянул про неё в отчёте о контакте с Преобразившимися. Было столько нового и так мало времени. А теперь второпях выболтал – и в самый неподходящий момент.
Капитан впился взглядом в Уилла. Рэйчел просто смотрела с грустью и сожалением. Уилл онемел, борясь с подкатившей дурнотой.
– Да вы только послушайте его! – прошипел Хьюго. – Он уже говорит не как человек! Знаете, что я думаю? Нет никаких Преобразившихся. Всё это ложь. Есть только жалкие уродливые останки жадных существ, погубивших свою звезду. Они ждали миллионы лет, пока явится кто-нибудь, похожий на их детей, годных на пушечное мясо, чтобы повторить заново чудовищный цикл грабежа и разрушения. Они нашли самого похожего – Уилла. Потому его и выбрали. А теперь они его тренируют! Капитан, они хотят армию роботеров! Программируемых людей, которых можно использовать для захвата человечества.
Хьюго посмотрел на лица перед собой и заорал:
– Не глядите на меня так! Если вы не можете этого видеть, вы – болваны! Глупцы!
Уиллу захотелось расквасить ему физиономию. Но, похоже, капитан решил заняться этим сам.
– Капитан, я не боюсь пострадать за правду! – глумливо выкрикнул физик. – Под угрозой всё человечество, и на вашем корабле – болезнь, способная уничтожить людей.
Его глаза лихорадочно блестели, на подбородке дрожала капля слюны.
Айра смотрел на него, раздувая ноздри. Но когда заговорил, его голос прозвучал на удивление спокойно, но дышал худшей и страшнейшей угрозой, чем любой крик.
– Доктор Вартиан, я предупреждал вас, – выговорил капитан. – Вы нарушили прямой приказ. С вами покончено.
– Капитан, я ни о чём не жалею! Я служу высшей цели! Делайте что хотите.
Капитан протянул огромную руку и деликатно похлопал Хьюго по щеке. Тот отпрянул, и, кажется, на мгновение по-настоящему испугался.
– А ты, – устало сказал капитан, обращаясь к Уиллу, – хочешь поделиться с нами сегодня ещё какими-нибудь драгоценными знаниями?
Уилл поглядел в непроницаемое лицо капитана и покачал головой.
– Ладно. Я хочу посмотреть на отчёты твоего маленького приключения. Отправь их на мой визор. Теперь я иду спать, а завтра, Уилл, у нас с тобой небольшая частная беседа.
Он значительно посмотрел на роботера и вскарабкался по лестнице.
Рэйчел стояла, с тревогой глядя на Уилла. Тот отчаянно захотел сказать ей что-нибудь, но не отыскал слов.
– Рэйчел, введите доктору Вартиану успокоительное второго уровня, – сказал капитан сверху. – Это приказ.
Она жестом приказала Хьюго лезть наверх, двинулась за ним и сказала Уиллу на прощание: «До завтра!»
Уилл ещё простоял с минуту в одиночестве, затем вскарабкался по лестнице, закинул себя на шконку и ушёл в личный узел – подумать и разрядиться. Там он расхаживал по комнате, матерясь во всю мочь виртуальных лёгких и ощущая себя полным кретином. Взрыв ярости там, в каюте, нисколько не помог делу. Чёртов стресс! Так нелепо сорваться!
Он уставился на каменную стену виртуального зала. Она никогда ещё не казалась настолько чужой. Где-то за нею прятались Преобразившиеся, наблюдая, слушая, вертя и управляя.
– Оставьте меня в покое! – заорал Уилл стенам. – Я думал, вы помогаете мне, но вы делаете только хуже. Как я могу в таком состоянии работать над вашим чёртовым архивом?
Он развернулся, чтобы выдать новую тираду другой стене, но обнаружил перед собой СОП.
– Ох! – воскликнул Уилл и отпрыгнул.
Сразу заколотилось сердце.
СОП – уродливый, неуклюжий, весь в перекрученных кольцах, искривлённых деревьях памяти, будто в сорной траве.
– Отлично! Вот, значит, ваш ответ? Ещё одна грёбаная головоломка? Кто я вам, лабораторная крыса? Ладно, я предлагаю сделку: я решаю – вы убираетесь к чёртовой матери из моей головы. Идёт?
Уилл не надеялся на ответ – и не получил его.
– Ну, отлично! – заявил он и театрально взмахнул рукой.
