Начинающий закипать Смолин потребовал отвести его к задержанному. Камера предварительного заключения оказалась в другом конце подземного бункера. Майор вручил ему раскладной электрический скутер, которыми пользовались сотрудники министерства при перемещении между отделами - три колесика с высоким седлом на металлической ножке и толстым коротким рулем - и сам сел на такой же. Они неслись по извилистому лабиринту коридоров с сердитым жужжанием, едва не сбивая с ног попадавшихся на пути сотрудников. Смолин вцепился в ребристый руль и яростно крутил им, стараясь не отстать от выписывающего рискованные зигзаги майора.
Они успели. Соскочив со скутера, детектив едва не врезался в Максима Икрамова. Глава президентской канцелярии молча смерил его недовольным взглядом и отвернулся к пуленепробиваемому окну, отделявшему коридор от тюремного блока. За стеклом стояли трое: конвойный, облаченный в помятый смокинг темноволосый толстый коротыш со склееными полицейским клеем запястьями и капитан общественной безопасности. Капитан капнул на руки коротышки - очевидно, Глостина - растворитель и тот принялся яростно тереть покрасневшую в местах склеивания кожу. Заметив через стекло руководителя канцелярии президента, Глостин радостно осклабился и помахал ему рукой.
Белобрысый майор ободряюще кивнул Смолину. Затем, с опаской глядя на Икрамова, он развернул свой скутер и тихонько покатил прочь.
- Что здесь происходит? - спросил Смолин сердито. - Почему его выпускают?
- Не ваше дело, - отозвался Икрамов, не поворачивая головы. - Не мешайте, займитесь лучше своим расследованием.
- Глостин - ключевой подозреваемый! Вы не имеете права выпускать его.
Коридор наполнился тяжелым топотом. К ним спешили вооруженные сотрудники министерства, семь или восемь человек. Это постаралась Анна: она вновь обратилась у другглу генерала и вызвала подмогу.
- Имею и выпускаю, - процедил Икрамов. - Уберите своих дуболомов, они вам не помогут.
Словно ниоткуда, в другом конце коридора возникли двое в штатском. Выхватив лазерные пистолеты, они взяли на прицел Смолина и офицеров. От их напряженных взглядов детективу стало не по себе. У них были глаза убийц. Пыхтя и оттдуваясь, к спорящим подбежал краснощекий генерал.
- Господа, успокойтесь! - воззвал он к противникам. - Ради бога, не надо стрельбы! Мы только что сделали тут ремонт.
Прозрачная дверь каземата открылась и Леонид Глостин вышел на свободу.
- Что так долго, Икрамыч? - сердито спросил он руководителя канцелярии, оправляя испачканный в пыли смокинг. - Можешь представить, каково это - два дня сидеть с заблокированным чипом, отрезанным от всего мира? Так и спятить недолго!
Заметив вооруженных людей, Глостин испуганно умолк. Он крутил головой, переводя растерянный взгляд с офицеров на телохранителей Икрамова, целящихся друг в друга.
- Довольно! - властно крикнул Икрамов. - Все зашло слишком далеко. Этот человек, - он указал на Глостина, - является сотрудником секретной службы. Он находился на спецзадании, поэтому не может быть подозреваемым. У меня указ президента о его освобождении.
Секунда - и Икрамов сбросил указ в чипы всех присутствующих. Все верно: Глостин был секретным агентом. В указе особо подчеркивались успех его тайной миссии и особые заслуги перед государством.
Офицеры опустили пистолеты. Смолин беспомощно смотрел, как Икрамов уводит Леонида Глостина с собой. Когда они заворачивали за угол, коротыш обернулся и быстро показал Смолину и остальным поднятый вверх средний палец.
- Проклятье! - в бешенстве выкрикнул детектив. - Что тут вообще происходит?!
Генерал с виноватым видом развел руками.
Ни на кого не глядя, Смолин подобрал валяющийся на полу скутер и поехал назад в свой кабинет. Анна предусмотрительно запомнила маршрут и теперь чертила перед его глазами яркую желтую стрелку, указывающую путь. Он с остервенением жал на кнопку "вперед", заполняя коридоры надрывным визгом электродвигателя.
Добравшись до кабинета, он вызвал друггла Домбровской. Тот отозвался сразу. Смолин потребовал связать его с президентом. Друггл холодно сообщил, что сделать это решительно невозможно, президент очень занята. Смолин заорал на него, угрожая послать все к черту и рассказать журналистам о том, как президентская канцелярия препятствует расследованию покушения на председателя Китая.
- Ну хорошо, только не волнуйтесь, - примирительно проворчал друггл.
Прошло несколько томительных минут.
- Что стряслось, Алексей? - раздался недовольный голос Домбровской в его голове. - Только быстро, у меня совещание.
- Ваш Икрамов только что освободил и увез с собой единственного задержанного, Леонида Глостина. Я даже не успел его допросить! Он заявил, что Глостин агент секретной службы и выполнял важное задание! Я уверен, что это ложь. Почему Икрамов саботирует мое расследование?
- Ему виднее, - уклончиво сказала Домбровская. - А нельзя ли раскрыть дело без этого Глостина? Ты же опытный детектив, Алексей. Подумай, что можно сделать.
Смолин опешил. Домбровская определенно была в курсе происходящего - и явно морочила ему голову.
