– Для следствия важны все подробности, госпожа Реллан, даже незначительные.
– Спальни у них разные. Но вы ошибаетесь, если думаете, что Стефан опустится до того, чтобы приводить любовниц в свой дом! У него не то воспитание!
– Чтобы начать думать, у меня пока слишком мало данных. Что ещё вы можете рассказать об Илене?
– К сожалению, почти ничего. Мы не особо близки. Илена крайне замкнутая, предпочитает уединение, серьёзные книги и научные журналы. У неё совсем нет подруг, что необычно для девушки нашего круга, но неудивительно для её характера. С ней сложно разговаривать – она или молча кивает, или отвечает так кратко, что ты понимаешь: беседу с тобой поддерживают исключительно из вежливости. Но при этом она неглупая, добрая, сострадательная – любит животных, пристраивает брошенных собачек, занимается благотворительностью.
– Они с Тейной не дружат?
– Увы, – Эрнеста не скрывает досады. – А ведь моя дочь такая славная девочка! Чуточку легкомысленная, но в её возрасте это простительно.
– Тейна тоже сделала самостоятельный выбор?
Долгая пауза.
– Не совсем. Но мы с Огюстом подобрали самый лучший вариант из всех имеющихся! И Тейна не возражала. Даглар очень приятный юноша, в него трудно не влюбиться.
Только не в том случае, когда твоё сердце уже занято. Будучи официальной невестой Даглара, я испытывала к нему лишь симпатию. Он красив, богат и благороден в широком понимании этого слова, но для меня он просто друг. Похожие мысли бродят и в голове Эрнесты, потому что она спрашивает с живейшим любопытством:
– Ваше Величество, правда, что вы спасли Даглару жизнь?
– Мне повезло оказаться в нужном месте в нужное время. С прочим справился бы любой высокоуровневый целитель.
Следующий вопрос Эрнесты я предугадываю.
– И вы были помолвлены?
– Фиктивно. Товарищеская взаимовыручка. Мы вместе проходили практику в Вэйнро, отец Даглара потребовал от сына брака с сильной магичкой. Я тоже попала в сложную ситуацию. Помолвка стала хорошим выходом из положения.
Спохватываюсь: каким образом из следователя я превратилась в допрашиваемую?
– Как иронично, – мило улыбается Эрнеста. – Когда-то Тейна считалась невестой Его Величества.
– Хотите сказать, что вы планировали выдать её замуж за короля, – я отвечаю той самой улыбкой, за которую заслуженно получила звание Брэ́гвордской стервы. – Насколько мне известно, на все матримониальные предложения Далайн Валлэйн отвечал однозначным отказом, а с Далайном Фарллэном я была помолвлена ещё с Академии и что-то не помню у него других невест.
Ещё в отличие от Дала я не ревнива. Совсем-совсем. Девицам, пытающимся флиртовать с королём, просто вежливо намекаю, насколько они неправы. А могла бы столько всего сотворить, придерживаясь исключительно законной магии! Например, прекрасный аппетит. Отличная вещь для того, чтобы перестала быть прекрасной фигура!
Глупой Эрнесту не назовёшь – она моментально меняет тему.
– Ваше Величество, неужели нет таких способов, чтобы обойти родовую защиту? Насколько было бы проще, если бы вором оказался кто-то из слуг!
– У вас есть основания кого-то подозревать?
– Нет, но это всего лишь люди. Их можно уговорить, подкупить, принудить.
– Очевидно, вы путаете их с горртами, – холодно бросаю я. – Кроме отсутствия магии, они ничем не отличаются от нас. Более того, изредка у людей появляются одарённые дети, а в семьях магов ребёнок рождается человеком. Магия – дама капризная и непредсказуемая. Что же по поводу защиты: взломать её можно. Правда, в этом случае кабинет превратился бы в руины и хорошо, если один кабинет.
– Даже у самого могущественного мага?
– Самый могущественный маг Лэргалла – мой старший сын. Вероятно, он смог бы вскрыть сейф, не разнеся при этом половину зáмка, но он точно этого не делал.
– Можно же создать могущественный артефакт, – не отступает Эрнеста. – Например, с кровью Релланов или с частичками тела. Волосы, обрезки ногтей… физиологические жидкости.
Её упорство настораживает, и я не говорю, что древняя защита реагирует не только на кровь, но и на ауру живого человека. Эрнеста явно не училась в Академии. Знатные семьи закон Рейстара Строгого о женском образовании восприняли с большим неодобрением и своих дочерей по старинке обучали дома.
– Расскажите мне о ваших слугах, – прошу я, и Эрнеста с готовностью выкладывает:
