С колотящимся сердцем он вставляет ключ в замок.
Но в доме все спокойно. Судя по количеству курток на вешалке в передней, у него гостит сейчас восемь или девять родственников. Воорт на цыпочках заглядывает в пару спален и в третьей находит нужного человека — кузена по имени Пол Воорт, детектива из отдела по борьбе с наркотиками. Ему двадцать шесть лет, и он из речных Воортов. Уже дважды награжден за храбрость, холост, а подружка живет у реки Кротон. А еще он был среди Воортов, которые два дня назад заявились в контору Шески.
Воорт объясняет, что ему бы хотелось, чтобы по крайней мере следующие несколько дней кто-нибудь из семьи приглядывал за кварталами вокруг городского дома.
Пол хмурится:
— Считаешь, он полезет за тобой сюда?
— Он устраивает пожары. Организует несчастные случаи. Либо кто-то торчит на улице, либо вы все уезжаете. Иначе мне будет неуютно оттого, что здесь находятся родственники.
— Договорились. — Пол вылезает из-под одеяла, зевает и тянется за сложенными брюками. — Завтра меня не будет. Сейчас сделаю пару звонков. Думаю, Питер подъедет через час. И Тайни. Завтра мы должны были красить магазинчик Марлы, но, черт побери, это может подождать до следующей недели.
— Арестуй Шеску, если увидишь, — говорит Воорт. — Теперь имеется федеральный ордер.
— За Мичума?
— За незаконное прослушивание телефонных разговоров.
— Как сказал тот тип из Внутренней налоговой службы, который взял Капоне: «Это для начала».
На площадке третьего этажа Воорт слышит, что в комнате Мэтта работает телевизор. Свет выключен. Больной сидит в постели и смотрит «Нью-Йорк-один», местный новостной канал.
— Я придумал себе новое дело, — ухмыляется Мэтт.
— Какое?
— Отправиться завтра на гулянку — с тысячей детективов, выпивкой, красотками и музыкой. Ты не в курсе, ничего подобного не намечается? У меня не будет процедур до четверга.
— Конечно, я тебя возьму. — Завтра он придумает предлог.
— Правда?
— Мы скажем всем, что ты работаешь под прикрытием в Институте исследований раковых заболеваний.
— Под прикрытием или под одеялом? Смотри! Это запись интервью с твоим боссом!
Упав в кресло возле кровати, Воорт смотрит, как журналист в студии болтает с Хью Аддоницио. Поскольку Аддоницио весь день провел в Полис-плаза, один, запись, вероятно, сделана пару дней назад.
— Он рассказывал о своих старых делах, — поясняет Мэтт. — Готти. Галло. Но истории твоих ребят интереснее.
— Это потому, что мы врем.
На экране Аддоницио выглядит расслабленным, излучающим силу. Совсем не похож на обеспокоенного человека, которого Воорт видел сегодня. Журналист жадно слушает.
— Будет просто небольшая вечеринка, — говорит Аддоницио.
— Небольшая? Когда уходил на пенсию предыдущий главный детектив Нью-Йорка, пришли две тысячи человек. Насколько я понимаю, могут заглянуть кое-какие знаменитости. Все, кому вы помогли за эти годы.
Репортер называет популярную кинозвезду и бывшего мэра, который теперь ведет ток-шоу на Пятом канале.
— Мне неудобно об этом говорить. Я понятия не имею, придут ли они, а они дорожат неприкосновенностью частной жизни.
Запись заканчивается, и камера показывает студию в прямом эфире.
— Завтра вечером полицейские нашего города провожают на заслуженный отдых с одного из лучших, самых любимых руководителей в истории города. Нам будет не хватать вас, Хью Аддоницио. Оставайтесь с нами на…
Мэтт выключает телевизор.
— Ты безобразно выглядишь, — говорит он.
— Это все освещение.
— Надеюсь, то, чем ты занимался, было забавным. Хочешь лечь? А я сяду в кресло и буду тебя развлекать. Знаешь анекдот о двух пациентах?
— Хочешь, на неделе поплаваем на каяке?
Мэтт светлеет.
— Еще бы, и меня больше не укачает. Да, да, в тот раз меня просто укачало, и химия тут ни при чем. Обычная морская болезнь. Кстати, о болезнях, почему ты пришел не с доктором?
— Решил отпустить ее на ночь и навестить тебя.
— Очаровательная женщина. Ты это серьезно — что возьмешь меня на банкет к Аддоницио?
На улице раздается негромкий хлопок, возможно, стрельнул двигатель машины. Воорт прислушивается. Потом решает подождать на улице, чтобы не уснуть до приезда родственников.
«В какой-то мере я надеюсь, что Шеска появится прямо сейчас».
— Если я пойду, то и ты пойдешь, — отвечает он Мэтту.
Южный Крест тускнеет. Восходящее солнце озаряет купол небес. Свет тянется к востоку, окрашивает облака розовым цветом, освещает вздымающийся из океана массивный черный конус застывшей лавы. В прозрачной воде резвятся дельфины. Рассвет настолько же прохладен, насколько жарким будет день.
На Лупе, поднявшейся на палубу прогулочного катера, надеты шорты хаки и такая же рубашка. Солнцезащитные очки висят на черном шнурке. Кепка защищает от экваториального солнца. Она загорелая, а в руках — ружье.
— Милый, пора стрелять собак.
Шеска прижимается к подушке. Руки мнут простыню.
