– А когда будет создан пионерский отряд? – с интересом спросил Вовка.
– Да вот считай, что мы его уже и создали. Ты и есть первый пионер в Ступино. Сейчас откати тачку домой, оденься во что есть, обеги всех остальных ребят в деревне, кроме Петьки Воронова, он уже слишком взрослый для пионеров, и собирайтесь все в Совете, будем вступать в пионеры, – и Лёнька весело зашагал по улице дальше, размахивая руками, словно шел строевым шагом, в ногу со временем, с наступающей новой жизнью.
Дома Вовку ждала мама:
– Жалко Акбара, сынок, очень жалко. Он же был Наш, сначала наш ребёнок, потом как ты – наш сын. Член семьи. Давай сходим в церковь, за Отца помолимся, свечку поставим и за Акбара Бога попросим.
– Конечно, давай, – веселее уже отозвался Вовка.
Он любил церковь, любил молитвы, искренне любил Бога. Всё старался заглянуть за иконостас. Что там?
– «Там, наверное Бог и живёт»,– думал мальчик, когда через крашенную дверь иконостаса выходил отец Григорий с кадилом в руке и, словно, приветствуя его, как посланника Бога, женский хор начинал петь молитвы. Звуки церковных песен уносили всякий раз Вовку на небо, к отцу, туда, откуда он наблюдает за ним, своим сыном, вместе с Иисусом Христом, сыном Божьим. Вовка поднимал голову к церковному куполу, где нарисован был Лик Христа и всматривался ему в глаза, ожидая от него слов. И мальчику казалось, что Христос шевелит пальцами на поднятой руке, приветствуя его. Радость всегда наполняла Вовкину душу в церкви. Он-то знал, что слова молитвы: « Да будет воля твоя…» относились именно к нему, именно по воле Божьей он есть, будет и станет жить на Свете!
– Завтра воскресенье, завтра и пойдём к утренней службе, – мама налила Вовке молока в глиняную кружку и отрезала ломоть хлеба.
– Ма, а я в пионеры пойду, Лёнька звал. Знаешь кто такие пионеры?
– Да не слышала вродь, – ответила удивлённая Василиса, – Кто такие?
– Пионер значит первопроходец, первооткрыватель, защитник, помощник.
– Ну, ты-то у нас и помощник и защитник, так пионер, что ль?
– Да ещё нет. Вот когда примут в пионеры, повяжут красный галстук, тогда и буду.
– А галстук зачем?
– А чтоб свои узнавали, наверное, – Вовка дожевал хлеб, залпом допил молоко и с белыми губами вскочил из-за стола, – А штаны-то где?
– А зачем, тепло ведь?
– Надо мама, и штаны и рубаху, галстук, что на голую грудь одевать?
– А, – удивлённо сказала Василиса и открыла крышку сундука, стала вынимать Вовкину одежду, – И что прямь сейчас вступать будешь?
– Да, сейчас соберу всех ребят, и пойдём в сельсовет, там и вступать будем.
Одев штаны и косоворотку, но оставшись босиком, Вовка выбежал во двор и помчался было к калитке, но вдруг встал как вкопанный. Акбар не гавкал, не гремел цепью. У сарая лежал развязанный ошейник и распущенная проволока и на штакетнике ещё видны были куски собачей шерсти… С тяжелым сердцем, утирая глаза, вышел Волк за калитку и побрёл в сторону цента Скрипино, к сельсовету и к церкви Иоана Предтечи, что стояли на сельской площади друг против друга. Стояли, словно наблюдали друг за другом и выжидали чего-то, готовясь к драке…
И драка скоро началась. И в душах людей и между людьми.
Вступая в пионеры, когда на шею повязывали красный галстук, Волк четко представлял себя горнистом первого пионерского отряда, выходящим из алтаря церкви с горном в руках. И, как ангел, он поднимает свой горн и начинает трубить, возвещая всем о пришествии господа Иисуса Христа на помощь людям. И все ангелы, что нарисованы на стенах церкви, поднимут тоже свои трубы и воззовут к Богу. И он, Всесильный и Великий, сойдёт с купола церкви и поведёт всех людей за собой вдоль по деревенской улице в светлое и красивое будущее.
– Овчинников Владимир, к борьбе за дело Партии Большевиков, Будь Готов, – торжественно произнёс Лёнька.
– Всегда Готов, – ответил радостно Вовка и отдал салют.
Все остальные ребята приняли присягу и вступили в пионеры. Вышли из здания сельсовета, и пошли строем вдоль по улице. Только впереди всех шел Лёнька! Иисус Христос остался на церковном куполе и сожалением наблюдал за происходящим.
Через несколько дней Лёнька привёз из райцентра горн со знаменем и барабан с палочками. Волка выбрали горнистом, вернее он сам себя выбрал, потому, как сразу завладел горном и сумел первым протрубить более менее внятный звук. Он уже знал, что нужно не просто дуть в мундштук, а особым образом изогнуть губы и вибрировать и ими и языком. Барабанщиком выбрали Петьку Власова, мальчика на год старше Волка. И вот после небольшой репетиции, весь вновь созданный отряд, отправился на первый марш. Волк и Петька впереди, за ними ещё три пары мальчиков и девочек, замыкал шествие сегодня Лёнька, теперь пионервожатый. Волк сразу от сельсовета повел свой отряд через площадь к церкви Иоана Предтечи. Туда к алтарю, к Иисусу, к ангелам влекло его. Горн звучал ровно и громко, без сбоев и ошибок. Петька отбивал палочками по барабану в такт звукам горна.
« Мечты сбываются!» – подумал Волк, подводя свой отряд к паперти. Он уже почти ступил на первую ступень, как перед ним вырос Лёнька и скомандовал:
