Илюша слушал Тимошку и тоже молчал. Ему было приятно, что, вопреки всему случившемуся, этот друг остается верен прежним намерениям и даже заботится о том, чтобы команда не распалась окончательно. Но больше всего был доволен тем, что Тимошка признает его за лидера и ждет от него правильного решения. Обдумывая сказанное другом, лидер не спешил с ответом. Он по-взрослому затянулся табачным дымом, затем, блаженствуя, стал медленно, небольшими порциями, выпускать дым через нос. Наконец ответил: «Ты прав! Он может нас подвести. Сам Петя парень вроде бы неплохой, но вот родители у него слишком строгие. И это будет ему мешать, а нам нужен надежный партнер. Поэтому я поручаю тебе сказать ему, что мы освобождаем его от клятвы. А взамен того, что мы не будем иметь к нему претензии, предупреди, чтобы он держал язык за зубами и о наших намерениях навсегда бы забыл. Только прошу тебя, сделай это вежливо. Надо обойтись без всякого шума. Иначе снова накличем на себя беду и окончательно разоблачим себя. Тогда наши намерения на хорошее будущее провалятся. Ты же сам не хочешь этого?»
Тимошка согласился с предложением лидера. Даже похвалил его за мудрое решение. Сам тоже пожалел Петю за то, что он не сможет вместе с ними разбогатеть. В тот же день Тимошка выполнил ответственное задание Лехи. Он работал с Петей рядом, и когда они отстали от матерей, шепотом выложил все, что хотел ему сказать. И в конце предупредил: «Будь умницей. Держи язык за зубами, иначе сам пострадаешь!» Сказанное Тимошкой обрадовало Петю. Потому что он понимал, что таким образом сможет без проблем порвать дружбу с плохими друзьями. Но свою радость он сумел скрыть.
Петя сделал вид, что обиделся и тоже шепотом возразил. Он соврал, что не хотел рвать дружбу с такими перспективными друзьями. Но если те от него сами отказываются, то сильно возражать не будет. А сам в душе обрадовался, что наконец-то освободился от этой проклятой клятвы о вечной дружбе. В одном он был уверен: теперь никто не будет называть его предателем за нарушение клятвы. Оба бывших друга сами отказались от него. А это значит, они первыми нарушили клятву о вечной дружбе. До конца дня он работал рядом с Тимошкой. Только тяжело вздыхал и косо смотрел в сторону своего бывшего соклятвенника. А когда закончили работу, даже не попрощался с Тимошкой, а только пожал плечами и пошел к матери.
По дороге домой Даша заметила, что сын в хорошем настроении, и спросила: «Ты рад, что идем домой?» ― «Да, мама», ― ответил сын, но не стал больше ничего говорить. А вечером за ужином неожиданно объявил: «Мама и папа! Обещаю вам, что больше не буду дружить с Илюшей и Тимошкой. Только прошу вас, не закрывайте меня по выходным дням дома. Я хочу играть в футбол с подростками». Родители переглянулись. Они удивились неожиданным и правильным выводом сына. Им хотелось верить, что он сам осознал пагубность этой дружбы. Поэтому внутренне обрадовались. Глава семьи без особого восторга спросил жену: «Что на это скажешь, Даша? Можем поверить нашему сыну?» Мама, недолго думая, ответила: «Надо поверить. В семье нельзя жить без доверия друг другу. Но я хочу, чтобы Петя понял: дело не только в этих друзьях. Если у него нет головы на плечах, то он и с другими друзьями может начать курить. Или может поддаться на любое глупое дело. Учти, сынок, что курят и воруют только тугодумы, не понимающие, что курение вредит здоровью, а воровство доводит до тюрьмы. Конечно, мы с папой рады твоему заявлению. Оно означает, что наш сынок ― думающий мальчик. И дай бог, чтобы осознание ошибок не покидало тебя до конца жизни. Не подводи нас больше. Мы с папой тебя любим и желаем тебе только добра. Кстати, дедушка Никодим очень сильно горевал, когда тебя поймали с сумкой ворованных томатов».
Голос мамы дрогнул. Чувствовалось, что нервы у нее напряжены, и она готова заплакать. Петя встал и произнес: «Клянусь вам, мама и папа! Больше курить и воровать никогда не буду!» Отец притянул сына к себе, погладил его по голове, посмотрел на жену и, довольный, сказал: «Мы верим тебе, сынок!»
Мама тоже поцеловала Петю и тем же дрогнувшим голосом сказала: «Слава богу, что мой сын оказался умницей и правильно понял своих родителей», ― но все же не удержалась и заплакала. Но быстро взяла себя в руки, вытерла слезы и попросила сына сесть. Сама села рядом с ним и предложила: «А теперь давай порассуждаем, сынок. Ты уже не маленький мальчик, в шестой класс перешел, и мы с папой принимаем тебя за взрослого человека. Я хочу, чтобы мы вместе разобрались, когда нам было лучше! Неужели тогда, когда я тебя била палкой? Или когда папа на все лето запретил тебе даже на улицу выходить? Для меня та ночь была ужасной. И дай бог, чтобы она никогда не повторилась. А вот сегодня, когда мы втроем сидим за столом, улыбаемся друг другу и мирно беседуем, я испытываю большое удовольствие, потому что я счастлива от твоего заверения. Думаю, что твой папа тоже счастлив от того, что правильно воспитывает своего сына».
