Ziziphus, китайский финик, он же унаби, он же ююба из дореволюционной энциклопедии, которую иноязычная реклама стала почему-то называть жожоба. Колючий зизифус, распространённый в Средиземноморье и северной Африке, ещё зовут «тернии Христовы»: уколы его шипов довольно болезненны, зато из зизифуса на даче получается отличная живая изгородь. Листвой растение, которое родственно крушине, похоже на акацию. И плоды у него вызревают прямо на стебельке, от которого отходят овальные листья, опадая вместе с листвой буквально за одну ночь при заморозках или на порывистом ветру.
Название происходит вовсе не от имени древнегреческого бога, как можно было бы подумать: одна из небольших балок, впадающих в Севастопольскую бухту с юга на Корабельной стороне, названа именем полковника Аполлона Гальберга (Гальберха). Он командовал здесь в 80-90-х годах XVIII века провиантскими складами боеприпасов и артиллерийской батареей.
Внешне это дерево очень похоже на акацию и родственно ей. Отличий два: шипы, острые и довольно длинные (гледичия выпускает их не только на ветках, но и прямо из ствола) и величина стручков с семенами. Кожистые тёмные сабельки-стручки у гледичий длиной до полуметра, с хороший тесак. Если наступить на упавший стручок (а падают они обильно), он издаёт неповторимый пряный запах, который всегда ассоциируется у меня с поздней осенью в Севастополе.
Тоннели
Название Млечного Пути у чумаков, добывавших на Сиваше соль.
Каждый поезд – прибывает он в Севастополь или куда-то отправляется – минует шесть тоннелей: пока состав движется во тьме, пассажиры видят только мелькающие лампы на стенах. У каждого из шести есть свое имя: два первых тоннеля находятся на участке от вокзала Севастополя до Инкермана, это Городской и Троицкий. А от Инкермана до Мекензиевых гор – еще четыре подземных железнодорожных пути: Цыганский, Белый, Графский и Сухарный. Тоннели в скалах были пробиты в 1875 году при строительстве Лозово-Севастопольской железной дороги, которая соединила город с Симферополем, а через него и с центральной частью России, способствуя возрождению Севастополя и Черноморского флота после Крымской войны: первыми по уложенным путям пошли именно грузовые поезда. У въезда в Троицкий установлена мемориальная доска: «В этом тоннеле 28 июня 1942 г. погиб легендарный бронепоезд, принимавший активное участие в героической обороне Севастополя» (
Южак
Ещё один здешний ветер с понятным названием. Считается, что южак приносит перемены – погодные и не только. На севастопольской Башне Ветров (
Посёлок Кальфа расположен на возвышенности, с него открывается панорама практически всего Севастополя. Бухта Омега (Круглая) – в противоположной стороне, если смотреть на запад, внизу по прямой.
2 ноября 1849 года в Севастополе, в одном из самых красивых зданий на тот момент, вновь открылась Морская библиотека. Её отстроили после пожара, уничтожившего прежнее деревянное здание, по инициативе Михаила Петровича Лазарева и по проекту Александра Павловича Брюллова (брата известного живописца) с участием Джона Уптона: портик с колоннами белого мрамора, статуи на крыше и в нишах при входе. И мраморные сфинксы на крыльце.
Для вентиляции книгохранилища выстроили отдельно стоящую Башню Ветров. Она – единственное, что уцелело от той роскоши после Крымской войны. Здание Морской библиотеки было вновь уничтожено, уже огнём неприятеля, в 1855 году.
Михаил Трифонов, неравнодушный к книжному делу и истории Севастополя, добавляет деталь: а сфинксов, по европейскому обыкновению, украли французы…
Прототипом башни послужило одноименное античное сооружение в Афинах. Но наша стройнее.
Южный Нот, которого на барельефе изобразили мужчиной средних лет, уже описан выше. Как выглядят остальные семь божеств основных румбов?
Северный, Борей, муж в летах, носит плотную мантию и изо всех сил трубит в изогнутую морскую раковину.
Северо-восточный Кайкий (Кекий), здоровяк, опрокидывает корзину, полную градин.
Восточный Афелий (Апелиот) – юноша, который придерживает свой плащ как ношу, полную зрелых фруктов и зерна.
Юго-восточный Эвр – бородатый старик, он в мантию укутался плотно, защищаясь от ударов стихии.
Юго-западный Липс совсем юн, он подталкивает корму корабля, поскольку когда-то создавал самые благоприятные условия для выхода парусников из здешней гавани.
Западный Зефир чуть старше: юноша несёт и разбрасывает цветы.
Мой свет
