– Полное ощущение того, что она тебя ни за что не простит и при первой же возможности набросится на тебя с целью расцарапать твоё лицо.
Я тяжело выдохнула и ощутила ком разочарования в горле.
– Едь к ней.
– Сейчас?
– Сейчас же, Астрид. Немедленно. Не предупреждай её о том, что через полчаса к ней явится полиция, – неоднозначным тоном произнесла я. – Будь с ней рядом и поддерживай её как только сможешь. Скоро она всё узнает и ты тоже, потому что будешь рядом с ней и впоследствии станешь понятой. Будешь той, кто в суде подтвердит, что права Рене были зачитаны по официальной форме.
– Ты собираешься её допрашивать?! – глаза Астрид округлились и она отшатнулась от меня.
– Не я. Рид. Меня отстранили, помнишь?
– Но ты говорила, что Рене – жертва. Она что же, тоже виновата? Её в чём-то обвиняют?
– Я уверена в том, что она ни в чём не виновата, а то, что с ней будет происходить дальше, безжалостно и несправедливо, хотя безжалостность и несправедливость с ней уже случилась, пусть она об этом пока ещё и не знает… Просто держи её за руку и будь с ней рядом, когда мои действия заставят её не просто отречься от дружбы со мной, но возненавидеть меня до скончания моих дней.
– Звучит так, будто ты предупреждаешь меня о персональном конце света для нашей подруги…
– Теперь уже только для твоей подруги, – прикусила щеку изнутри я. – У тебя в запасе менее получаса. Успей оказаться рядом с ней.
– Я позову на помощь её младшую сестру, Пенелопу, – шокированным тоном отозвалась Астрид, наконец начав понимать приблизительный уровень опасности ситуации.
– Призывай хоть все доступные тебе потусторонние силы. Только поспеши.
Предупреждение было вынесено. Только Астрид не все мои слова поняла так, как мне того хотелось бы. И потому она не предупредила Рене о том, что в её дом скоро заявится полиция. По-видимому, я намекнула недостаточно прозрачно. В итоге Астрид лишь успела позвать Пенелопу и очутиться на месте неизбежной встречи с бурей за пять минут до её начала.
На пороге дома семейства Ламберт я, Рид, братья Джексон и лейтенант Вайолет Расселл оказались почти в половину одиннадцатого – время было поздним, но дело было неотложным и потому мы действовали уверенно. Всю компанию вёл за собой Рид, остальные же старательно делали вид, будто ничего не знают о моём отстранении от этого дела. Если завтра начальство их спросит, какого хрена они проигнорировали моё присутствие, они скажут, что не знали о моём отстранении. Впрочем, Рид так открутиться не сможет, потому как он присутствовал при моём диалоге с Ротом и собственными ушами слышал приказ о моём недопущении к этому делу ближе чем на пушечный выстрел. Навряд ли Рот и его отстранит, так как в таком случае это расследование попросту больше некому будет передать: Сэмюэль болеет, а Айрин разгребается с поножовщиной в Куает Вирлпул. Однако взбучки Рид явно не избежит, возможно даже ему грозит выговор, если только Рот не оттухнет к утру… Я же могу попытаться выкрутиться утверждением, будто занималась не делом Стрелка, а отдельным делом Ламберта, но едва ли мне удастся избежать серьёзных последствий из-за столь грубого ослушания. Конечно маловероятно, что меня выгонят из полиции, но погоны оборвать могут в два щелчка. И тем не менее, сейчас я стояла за спиной Рида и наблюдала за тем, как его палец нажимает на кнопку дверного звонка дома Ламберта. Я дошла до точки невозврата. Теперь либо всё это дело убьёт меня, либо я его прикончу – третьего не дано.
К моему удивлению и облегчению дверь открыла не Рене, а Астрид.
– Вам что-то нужно? – идеально отыграла эффект неожиданности она.
Рид, которого я предупредила о поверхностном просвещении Астрид, продемонстрировал ей своё удостоверение:
– Полиция города Роар. Разрешите войти?
Как только Астрид отстранилась, пропуская нас внутрь, Арнольд вошёл в дом, и я вошла за ним следом. В момент, когда я сравнялась с Астрид, она едва заметно коснулась моего плеча и так, чтобы идущие за мной люди ничего не расслышали, быстро прошептала мне на ухо одно-единственное слово: “Держись”.
Как только мы вошли в гостиную, перед нашими глазами разверзся настоящий хаос: все вещи здесь были перевернуты и хаотично разбросаны, даже некоторая мебель лежала вверх ногами. Очевидно, после случившегося обыска Рене с дочерьми ещё не успела прибраться как минимум на первом этаже дома. Рене находилась в дальнем конце комнаты, сидела в глубоком кресле, за которым стояла среднего роста и телосложения молодая, и явно напуганная женщина, очень сильно внешне похожая на хозяйку дома. Значит, это и есть Пенелопа, младшая сестра Рене.
Братья Джексон остались в коридоре, лейтенант Расселл достала блокнот и ручку для ведения протокола, Астрид поспешила зайти в гостиную вслед за нами, а мы с Ридом уже стояли посреди комнаты, когда Рене вдруг резко вскочила и, едва сдерживаясь от рыданий, бросилась в мою сторону:
