Когда нет истинных наставников, часто за дело берутся разные лжеучители. Еще в конце XIV в. стало распространяться ложное учение (ересь) во Пскове и Новгороде. Был тогда обычай брать со вновь поставленных священников так называемую ставленную пошлину. На этот обычай многие роптали: бедным, хотя бы и достойным, лицам очень трудно было попасть в священники. Один дьякон по имени Никита и некто Карп-стригольник (одни объясняют, что он был расстрига-дьякон, другие – что он был по ремеслу стригольник) стали убеждать народ, что те пастыри церкви, которые поставлены на мзде, незаконны. Далее они стали укорять все духовенство тем, что оно берет поборы с живых и мертвых; что оно дурно живет; что все священнодействия и таинства, совершаемые такими недостойными лицами, не имеют никакой силы. В своих отрицаниях еретики (лжеучители) шли все дальше и дальше: они начали учить, что от недостойных священников не надо принимать крещения, ни отпущения грехов, ни причащения и пр.; затем стали устранять всякое священнодействие; право учить вере, по их словам, должно принадлежать всем мирянам. Каяться, говорили еретики, можно без священника, припадая к земле; таинство причащения надо понимать в духовном смысле; другие таинства и обряды совсем не нужны. Некоторые из еретиков шли еще дальше, стали отвергать воскресение мертвых и т. д. Говорили эти лжеучители горячо и красно, притом жизнь вели строгую, посты соблюдали. Понятно, что они увлекли многих, и стала распространяться эта ересь даже среди людей грамотных, которые и раньше задумывались над вопросами веры и видели церковное нестроение.
Из Пскова ересь перешла в Новгород. Никита и Карп явились и сюда, но владыка новгородский отлучил их от церкви, а народ схватил их и кинул в Волхов (1375). Однако сторонники их продолжали распространять ересь. Несколько раз патриархи византийские присылали послания против нее. Во Пскове наконец многих еретиков посадили в тюрьмы, других казнили; но ересь все-таки держалась и распространялась втайне; называлась она ересью стригольников.
В конце XV и в начале XVI в. стала распространяться здесь новая ересь – ересь жидовствующих. В Новгород занес ее киевский ученый еврей Схария. Он отрицал учение о Троице, о божественности Иисуса Христа, Ветхий Завет ставил выше Нового, отвергал учения Отцов Церкви, почитание святых мощей и икон, церковные таинства, обряды, монашество. Ересь эта представляла смесь иудейства и христианства. В Новгороде Схария нашел много сторонников; между ними были духовные лица и самые образованные новгородцы. Главные еретики отличались благочестивою жизнью, большой ученостью; говорили они убедительно – спорить с ними было не под силу малообразованным священникам, и лжеучители легко могли сбивать с толку людей, вовлекать их в ересь, и она расходилась все шире и шире.
В 1480 г. был в Новгороде великий князь. Тут ему понравились два священника – Дионисий и Алексей. Он взял их с собою в Москву, назначил их протопопами, одного – в Архангельский, а другого – в Успенский собор. Оба они были заражены ересью и стали тайно распространять ее в Москве. Тут нашлось много последователей, даже между духовными лицами: к ереси пристали архимандрит Симонова монастыря Зосима, любимый государев дьяк Федор Курицын и невестка князя Елена.
Еретики вели себя очень осторожно: пред людьми твердыми в православной вере они старались казаться строгими ревнителями православия, но людей слабых мало-помалу опутывали и склоняли в ересь. Особенно хлопотали они о том, чтобы на священнические места проводить своих соумышленников, и это им часто удавалось. Таким образом, ересь втайне разливалась все шире и шире.
Первый открыл ее новгородский владыка Геннадий. Напал он на явный след ее в 1478 г. случайно: некоторые еретики в пьяном виде сами проговорились. Геннадий велел произвести розыски. Дознались, что еретики хулят Сына Божия, Богородицу, ругаются над святыми иконами. Добыты были и некоторые их книги и тетради. Геннадий дал знать о ереси в Москву великому князю и митрополиту.
Митрополит Геронтий был человек старый, слабый, да при этом он был не в ладах с Геннадием и не в милости у великого князя. Решительных мер против ереси не принималось; у еретиков были сильные заступники при дворе.
Когда умер Геронтий, то по проискам еретиков князь пожелал, чтобы в митрополиты был избран Зосима, симоновский архимандрит. Еретики, казалось, торжествовали: Зосима, зараженный ересью, был для них свой человек. Новый митрополит стал донимать Геннадия разными придирками.
