По указанию командира корпуса мы, работники политического отдела, провели, выражаясь современным языком, контрольный рейд по полкам и дивизиям в целях выяснения хода подготовки к боевым действиям в зимних условиях. И убедились, что в основном командиры частей и соединений правильно поняли возложенную на них задачу и приняли все меры к тому, чтобы не только укрепить оборону, но и подготовиться к возможным наступательным действиям.
Но, к сожалению, встречались и такие товарищи, которые отнеслись к этому делу халатно. На участках обороны [139] их полков траншеи и окопы были отрыты не в полный профиль, в них стояла вода, бойцы страдали от мокроты и холода, так как землянок на всех не хватало. С подобными командирами, а также с их заместителями по политической части пришлось вести довольно крутой разговор, строго спрашивать за все упущения. И это помогало. Ответственные товарищи стали чаще бывать на передовых позициях, глубже вникать в нужды своих подчиненных.
Во время проведения этого рейда мы согласовали с командирами частей и соединений, где построить дополнительные землянки, уточнили режим дежурства в окопах, порядок отдыха личного состава. Посоветовали выделить специальные команды для заготовки леса и других строительных материалов.
А условия для подобной работы были. Фашисты, уже испытав крепость нашей обороны, на какое-то время притихли. И это дало нам возможность в сравнительно спокойной обстановке продолжать прокладку ходов сообщения, возводить блиндажи — словом, совершенствовать оборону, готовиться к зиме.
Однако отвлечемся от вопроса совершенствования обороны и рассмотрим более внимательно ход партийно-политической работы в те дни.
Как всегда, не терял своей остроты вопрос пополнения партийных рядов. Ведь шли хоть и местного значения, но бои, после каждого из которых в подразделениях гибли люди, в том числе коммунисты и комсомольцы. И нередко получалось так, что роты и даже батальоны лишались своих партийных организаций. Их, естественно, надо было создавать заново. А дело это было довольно трудным. Ведь люди не только гибли, но и выбывали по ранению, в силу служебной необходимости переводились в другие подразделения. Словом, текучесть среди личного состава всегда имела место, мало кто оставался в той или иной роте на длительный срок. И выходило, что иному вступающему в партию не так-то просто было найти рекомендующего.
Где выход из положения? Правда, строгим и в общем-то объективным экзаменатором для красноармейца и командира был бой. Он выявлял душевную закалку человека, его преданность делу партии, своего народа. Однако и в этих условиях допускались досадные промахи: нарушались [140] правила приема, случалась спешка, иногда в партию рекомендовались недостаточно проверенные люди.
Кстати, подобные недостатки, видимо, имели место не только у нас. Вот почему Главное политическое управление РККА вскоре издало даже директиву, в которой рекомендовало в кратчайший срок упорядочить вопрос приема в партию новых членов, осуществлять его в строгом соответствии с уставными положениями.
Сразу же после получения этой директивы мы подготовили и провели в корпусе совещание с начальниками политотделов дивизий, секретарями партийных комиссий. В свою очередь в соединениях прошли семинары с заместителями командиров частей и подразделений по политчасти, парторгами рот и батарей. На них присутствующие всесторонне проанализировали состояние дел с приемом в партию, разобрали конкретные ошибки, изучили передовой опыт.
Во многих полках состоялись затем собрания партийного актива, И если судить по количеству выступающих, по заинтересованности, с какой обсуждались вопросы повестки дня, то можно смело сказать: директива ГлавПУРа вызвала самый живой интерес у коммунистов корпуса.
Лично мне довелось побывать на двух таких активах — в 1164-м стрелковом полку и в 361-м. Здесь в прениях выступили в общей сложности 24 человека, в том числе 6 парторгов рот. О чем они говорили? О необходимости дальнейшего повышения требовательности к вступающим в ВКП(б), об усилении воспитательной работы с молодыми коммунистами.
— А то ведь как бывает? Примут товарища в партию и сразу же перестают работать с ним, — говорилось на одном из активов. — Словно этот человек уже переступил ту черту, грань, за которой ему все ясно и понятно. А так ли это? Ведь практика показывает, что некоторые молодые коммунисты не очень-то пекутся о своем авторитете, не показывают примера остальным бойцам. С такими товарищами еще работать да работать...
