И на Леру глянул, и на Санька. Может, они развлечься решили, пока он спал. Пока сексом занимались, бычье залетное навалилось. Леру в кабинет втолкнули, Санька в замес.
— Да сами не поняли! Стоим, курим, смотрим, толпа! Коржика реально вырубили! — Карп пытался, но не мог оторвать взгляд от покойника.
И действительно, человек с ножом в сердце смотрелся в высшей мере живописно. Глаза распахнуты навстречу вечности, рот приоткрыт, зубы оскалены. На лице гримаса предсмертного ужаса.
— Мы двоих вырубили, а эти двое прорвались.
— А с тобой что? — Свинец уставился на Леру, она оправила подол этого своего платья в обтяжку, но ему так вдруг захотелось его задрать — со всем отсюда вытекающим. Ничего удивительного, убийство возбуждает. Сильных. Смерть пугает только слабых.
— Да я в туалет выходила, смотрю эти… А кого это ты изнасиловал? — Она уперла руки в бока, собираясь выяснять отношения.
Вид мертвеца с ножом в сердце ничуть ее не смущал. И если она злилась на Свинца, то не более чем самка, обделенная лаской своего самца. Ее заводила не смерть, а то, с какой легкостью ее мужчина убивал. Она была рабыней в душе и чувствовала в нем своего господина.
Один нападавший был покойником, лежал не двигался, зато другой, избитый в кровь, зашевелился.
— Смотри, живой! — фыркнул Санек.
Петя склонился над парнем, с силой тряхнул его за грудки, заставляя подняться.
— А я тебя знаю! Ты Жужа! Ты же с Агатом, да?
— Агат вас всех здесь уроет!
Жужа и хотел плюнуть Пете под ноги, но в последний момент понял, что убивать его за это будут очень больно.
— Неллечка — твоя телка? — с сомнением спросил Свинец.
— А что, не может быть?
— Сам же ответил, что не может быть… Это типа повод наехать на нас?
— Типа повод.
— А Неллечка типа засланный казачок?
— Э-э… — замялся Жужа.
— Да ты не менжуйся… — Свинец подошел к столу, открыл ящик стола, взял еще одну финку. — Тебе уже ничего не будет. За то, что ты кого-то там сдал… Ты уже покойник.
Он держал нож как шпагу, нацеленную в грудь противника. Жужа в ужасе попятился, споткнулся об обломок стола, упал. Но Санек и Петя снова его подняли.
— Не надо! — жалко проблеяла овца.
— Что должна была узнать Неллечка? Что у нас здесь такого интересного?
— Ну, как вы тут крутитесь.
— А заслали ее уже после того, как я появился?
— Ну да… Чаплыгу мы знали, а тебя нет…
— Ну подъехали бы, узнали.
— Так собирались, а тут Неллечка, она прямо Агату позвонила. Ну, он сказал, сегодня наехать…
— А нужно ему что?
— Чтобы ты половину навара ему отстегивал.
— И все?
— Так, может, договоримся? — глупо обрадовался Жужа.
— Договоримся!
Свинец мог убить его прямо сейчас, но это кровь, лишний труп, а носилки по штату не предусмотрены, хотя надо бы.
Он просто ударил Жужу, сначала в живот, затем коленкой в голову. С двух ударов вырубил вчистую.
— Кто там еще? — Он кивком указал в сторону выхода.
— Так двое, Коржик за ними смотрит.
— Тачка у них должна быть, найдите, на ней всех повезем. На утилизацию.
— Куда повезем?
— Я знаю место, — зевнул Свинец.
Знал он одну кручу над рекой, однажды они туда целую машину с трупами сбросили, и ничего, до сих пор покойники не всплыли. Ехать, правда, далеко, особенно проселками, но это лучше, чем лопатами землю рыть. Тем более утро уже. Замочить всех, затолкать в машину, поджечь ее, а когда все выгорит, в воду. Три человека — три убийства, одного замочит Коржик, другого Карп. Ну и Лере придется показать себя в деле. Всех нужно замазать кровью, всех.
Пацаны ушли, приготовили машину, вернулись за трупом. Упаковали в пластиковый мешок, затерли кровь.
— Давайте грузите, мы сейчас! — сказал Свинец.
— Мы? — как-то не очень обрадовалась Лера.
— Ну, ты же за мной как ниточка…
— Но не в таком же платье.
Она взялась за эластичный подол, как будто хотела удлинить его, но вместо этого укоротила. И бедрами призывно вильнула. Кровь ударила не только в голову, но и ниже живота.
— А платье мы подправим!
Он задрал подол, прижал Леру к себе, до боли сжав пальцами ее ягодицы. Оторвал от пола, усадил на стол, снять стринги не хватило терпения, просто оттянул вертикальную веревочку и с силой вошел в страждущую плоть.
В дверь забарабанили, но Свинец не остановился, пока не довел дело до конца.
— Я никуда не поеду, — пробормотала Лера, укладываясь на столе.
— Оставайся, — кивнул он.
Замазать он ее всегда успеет. Тем более что есть на очереди одно мокрое дело. И даже не одно.
Есть женщины, которые с годами только хорошеют, Зоя одна из них, и природа у нее такая, и за собой она следит. Не может не следить, салон красоты у нее свой, она просто обязана выглядеть на все сто. А выглядит на сто пятьдесят. Она переступила порог, красивая, бодрая и легкая как пушинка, поцеловала в щеку, Макс почувствовал себя как призрак подземелья, глотнувший вдруг свежего, настоянного на горных травах воздуха. Столько лет ему не хватало кислорода и вдруг изобилие, как не прильнуть к источнику, не надышаться вдоволь. Зоя поцеловала его в щеку, а он поймал ее губы, рукой крепко обнял за талию, прижал к стене.
