А кровь и на одежде, и на полу, лужицы растеклись по линолеуму, края у потеков ровные, и только у одной слизан край — как будто кто-то слегка каблуком зацепил. Возможно, убийца наступил. И еще Колодин обратил внимание на примятую полу пиджака.
— Кто вызвал полицию? — резко спросил майор Шмелев.
Высокий, спортивный, молодой, щечки свежие и упругие, как наливные яблочки. Тридцать один год, начальник отделения уголовного розыска, капитан Колодин у него в подчинении, на должности рядового оперативника. А на повестке дня убийство, казалось бы, нужно воспрянуть духом, расправить крылья, подняться над собой и над всеми, блеснув умом и смекалкой, но нет вдохновения. И напрягаться совсем не хочется.
— Так соседка вызвала… Позвать? — спросил патрульный.
— Давай! — расправив плечи, важно кивнул Шмелев.
Женщина жила в квартире напротив, к ней нужно идти, а не наоборот, но Шмелев остался в прихожей. Следователь и криминалист еще не подъехали, уходить надо, со свидетелями работать, а не следы преступления затаптывать. Но Шмелев и не собирался уходить, стоит, как индюк надутый. Макс даже слова ему не сказал, а зачем? Все равно ему.
Дверь в соседнюю квартиру открылась, появилась маленькая худенькая женщина, закутанная в большую цветастую шаль.
— …Да, я полицию вызвала! — кивнула она в ответ на вопрос.
— А труп как обнаружили? — наконец-то переступив порог, спросил Шмелев.
— Так дверь открыта была… И еще я слышала, как дверь хлопнула!
— Эта дверь? — Шмелев неосторожно взялся за дверное полотно.
— Да нет… Кольки дверь, у него там постоянно окно открыто, сквозняк гуляет. Сквозняком дверь закрыло…
Женщина указывала на дверь слева от себя, но Шмелев тем не менее все же спросил номер квартиры. И, получив ответ, нажал на клавишу звонка.
— Колька уходил, я видела… — подсказала женщина. — Вернее, слышала шаги по лестнице. Быстро шел… Я смотрю, дверь открыта, Егор лежит… Ужас-то какой! Такой приличный молодой человек!.. Я жене его позвонила, не знаю, что Галочке сказать. Там такая любовь!..
— Кто такой Колька? — отмахиваясь от лирики, резко спросил Шмелев. — Сколько лет, чем занимается?
— Да лет сорок уже… А чем занимается? Да пьет!.. Как жена умерла…
— Крепко пьет?
— Да, закладывал крепко… Егор его жалел, денег ему одно время давал, думал, горе утихнет, Колька успокоится, да куда там!
— Одно время давал! Сейчас не дает? Колька злится? — Шмелев ликующе глянул на Колодина.
Дескать, учись, как надо работать. Группа еще не подъехала, а он уже убийство раскрыл.
А группа задерживалась, зато появился Колька. По лестнице поднимался медленно, с достоинством, в руке бутылка. Клетчатая рубашка заправлена в старые мешковатые джинсы, кроссовки также не первой молодости, шнурки развязаны, но мужчина этого не замечал. Он очень плотно сжимал губы, пытаясь изображать невозмутимость. Но взгляд беспокойный, дрожащий. Шмелев громко хлопнул в ладоши, глядя на него. Мужчина вздрогнул, едва не выронив бутылку.
— Гражданин Геннадьев? — грозно спросил он.
— Да, я! — раскис Колька.
Лет сорок ему, но выглядел старше, если судить по лицу, на лбу морщины, под глазами «паутина». А если по фигуре, то младше. Вроде бы и любитель выпить, а фигура спортивная, поджарый, мышцы в тонусе. И руки сильные. А состояние похмельное, перегаром за версту разило.
— Где были, гражданин Геннадьев?
— Э-э…
Колодин смотрел на кроссовки. На улице сухо, подошвы всего лишь пыльные, но в одном месте земля налипла и мелкий мусор.
— Если можно, поднимите ногу, — вежливо попросил Макс.
— Зачем? — настороженно глянул на него Геннадьев.
— Спиной к нам, руку на перила, ногу назад. Как в армии, на утреннем осмотре.
— Некогда мне! — глянув на бутылку, мотнул головой мужчина.
— Спиной ко мне! — вцепился в мужчину Шмелев.
Он церемониться не стал, схватил его за плечи, повернул к себе спиной и заставил поднять правую ногу. А на краю подошвы липкое пятно с прилипшим к нему мусором.
— А вот и кровь!.. Гражданина Кашканова!..
От ужаса Геннадьев дернулся, бутылка все-таки выпала из руки, с глухим плотным звоном разбилась. Но Шмелев лишь засмеялся.
— На счастье!
— Не убивал я Егора! — чуть не заплакал от страха и безнадеги Геннадьев.
— А кровь?
— Ну, наступил…
— После того как убил?
— Да нет… Выхожу из квартиры, смотрю, дверь открыта, захожу, а там Егор… Ну, я подошел… Вдруг он жив!.. А он мертвый!
— Дверь настежь?
— Да нет, приоткрыта…
— Ты к нему за деньгами шел?
— Ну-у…
— А он тебя послал!.. Ты его за это и убил!.. Где нож? — громко, будто гавкнул, спросил Шмелев.
— Так не было у меня ножа! — Геннадьев вжал голову в плечи.
А Макс, взяв его за руку, осмотрел пальцы, ладонь, но пятно, похожее на след крови, нашел только на манжете рубашки. Пятно совсем свежее.
— Деньги у Кашканова брали? — спросил он.
— Деньги брал!.. — закивал подозреваемый. — Из бумажника!.. Всего тысячу!.. Он уже мертвый был!.. А бумажник я вернул на место!
— А кто его убил?..
— Да не знаю я!
— Не знаешь?.. А я знаю! Убил соседа и убежал… Или просто побежал? Нож прятать!.. Где нож? — рыкнул Шмелев.
— Да не было у меня ножа!
