Получив часть суммы, начал сотрудничать, передавая американцам важную информацию и ксерокопии секретных документов. Затем приобщил к работе жену, тоже имевшую доступ к подобным. Кроме того сдал руководимых им сотрудников резидентуры и завербованных агентов из числа португальских граждан.
Брали предателя во время отпуска, в поезде Казань-Москва, вместе с супругой. Причем настолько тихо и виртуозно, что другие пассажиры этого не заметили.
«И чего этому подлецу не хватало?» думал Александр, когда везли на Лубянку. «Престижная академия, карьера, высокая зарплата. Нет, хотелось сребреников, как Иуде. Теперь расплата».
На суде супруги Сметанины были признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного статьёй 64 УК РСФСР «Измена Родине». Приговором Военной коллегии Верховного Суда СССР бывшего полковника приговорили к расстрелу, жена получила пять лет лишения свободы.
Вскоре после этого из воинской части внутренних войск МВД в Уфе, похитив стрелковое оружие, бежали сержант с ефрейтором и рядовой. Завладев такси, они обстреляли милицейский УАЗ, убив двух сотрудников, после чего ефрейтор сбежал, испугавшись ответственности. Остальные двое приехав в аэропорт, захватили пассажирский самолет Ту-134. Он готовился к отправлению в Нижневартовск, на борту кроме экипажа находились семьдесят шесть пассажиров. Двоих во время нападения преступники застрелили, потребовав от командира вылета в Пакистан.
На место срочно прибыла группа «Альфа» из Москвы, начались переговоры. Они осложнялись тем, что преступники проходили службу в составе антитеррористического подразделения и имели специальную подготовку.
Экипаж судна убедил их отпустить часть заложников, за что те потребовали наркотики. Туда спецназовцы подмешали снотворное. Употребив «дурь» преступники впали в летаргию, бортпроводницы вывели пассажиров, а заодно прихватили оставшийся без надзора пулемет. Далее последовал штурм, в завязавшейся перестрелке сержант был убит, рядового обезвредили и скрутили.
В 1989-м Пчелинцев получил майора и стал командиром одного из отделений. У них с Мариной росли сын и дочка. Мальчика назвали Володей, в честь погибшего на фронте дяди Александра, дочь – Татьяной.
За это время они несколько раз навещали родителей мужа в Донбассе. Отец пе прихварывал – тревожили старые раны, мама занималась домашним хозяйством. Сестра Юлия работала врачом, была замужем, растили дочку.
Друзья детства, отслужив армию, вернулись в Краснодон и тоже завели семьи. Чмур, закончив горный институт, дорос до главного инженера шахты, Резников трудился на соседней горным мастером, а Санжаков спасателем в ВГСЧ*. Жили в достатке зарплаты были высокими. Степан имел «Волгу», Виктор «Жигули», Михаил достраивал новый дом сыну.
Вместе ездили на рыбалку на Северский Донецк, колесили по области, она радовала. Вводились в строй новые шахты с заводами, в городах росли жилые массивы, сельские районы выращивали достойные урожаи.
Однажды после дружеского застолья на даче Чмура, когда вышли перекурить в сад, друзья спросили мнение Александра о «перестройке». Она шла в стране четвертый год под руководством нового генсека Горбачева.
– Ты знаешь, у нас ее мало кто понимает, – затянулся сигаретой Степан. – Одно сотрясание воздуха.
– Это точно, – согласился Виктор. – Лимонадный Джо* часами выступает по телевизору, сплошные лозунги и розовый туман.
– Почему Лимонадный Джо? – удивился Александр.
– Ну как же, – рассмеялся Михаил. – Горбачовская антиалкогольная компания провалилась, вместо лимонада в стране по праздникам, как и раньше, пьют водку. Вот и заработал такую клиху.
– А его «углублять» и «расширять»? – подпрягся Виктор. – Тоже хрень какая-то. Шахты у нас и так глубокие, а поля до горизонта. Куда шире? Или взять ту же гласность. Что нам? Кто-то рот затыкает? Говори – не хочу.
Ответов московский гость не знал, к перестройке тоже относился критически.
С ее началом обстановка в стране начала ухудшаться: наметился спад производства, уровень жизни населения понижался. Сам же Горбачев пошел на сближение с Западом, заверяя его в своей лояльности и обещая развитие демократии в СССР. Подтверждая свои намерения, вывел советские войска из Афганистана и стран Варшавского договора*, пошел на одностороннее снижение ядерного потенциала.
Как следствие, внутри страны оживились диссиденты, в союзных республиках возникли сепаратистские настроения.
Первым их результатом стали массовые беспорядки в Вильнюсе, организованные националистами, с призывами к выходу из СССР. За ним последовали митинги в Тбилиси
под лозунгами «Долой коммунистический режим!», «Долой русский империализм!», «СССР – тюрьма народов!».
Беспорядки пресекли введенные туда войска, в ходе чего погибли двадцать девять участников и офицер «Альфы Виктор Шацких, подло убитый в спину.
Горбачёв отказался взять на себя ответственность за развитие событий, возложив всю вину за жертвы на армию и спецназ.
В это же время на «политическом олимпе» возник некий Ельцин.