— Вы невнимательно слушали мистера Малфоя в начале урока, мистер Финниган, — сурово отрезал Снейп. — Минус пять баллов Гриффиндору. Первая оговорка, которую он упомянул — зелье не действует в том случае, если жертва уже испытывает некую любовь к объекту. Думаю, ни для кого не станут новостью нежные чувства мисс Паркинсон к мистеру Малфою. Запомните — чем более сильнодействующее зелье используется, тем более сильная любовь нужна, чтобы его побороть. Например, для столь сильного зелья, как Амортенция, потребуется истинная любовь, такая, о которой пишут романы и слагают легенды. Но для простенького кратковременного зелья вроде того, что я использовал на вас сегодня, довольно и юношеского увлечения. А теперь — возвращайтесь к работе.
Pov Драко Малфоя
Остаток занятия мы занимались определением зелья, которое использовал крестный — да уж, я, честно говоря, определил его сразу, как только он достал бутылку. Отыскав рецепт на нужной странице в учебнике, я быстро переписал его в тетрадь, провел анализ компонентов и их сочетаний в данном порядке, написал выводы о том, какой компонент и какую роль играет в составе зелья, и, перечитав для верности, сдал работу крестному. Северус бегло пробежал глазами, улыбнулся, чиркнул внизу «П», и вернул мне тетрадь.
— Ты как? — спросил он незаметно, когда я взял ее.
— Все хорошо, — улыбнулся я. В самом деле, сегодняшнее приключение с зельями сильно продвинуло нас вперед на почве подкопа под сердце Поттера. Усевшись на место, я принялся разглядывать его — очкарик не столько смотрел в учебник, сколько на нашу парту (и слава Мерлину, не на меня!). Право, даже жаль, что ему досталась Грейнджер. Интересно, подействовало бы на него зелье Блейз?
Мне и правда стало любопытно. А что если… Нет, Блейз я результат все равно не скажу — не надо ей знать, если он будет отрицательный, да и если положительный тоже — лишняя уверенность в таком деле ей только помешает. Лучше пусть за нее буду уверен я. Ну, а придумать план и осуществить его — это для меня и вовсе было делом техники. Для начала — галантно предложить Блейз отнести ее работу Снейпу и дождаться пока он ее проверит (главное тут, конечно, вовсе не сделать приятное сестренке — хотя совместить… скажем так, полезное с полезным, никто не запрещает. Главное — под шумок, незаметно от крестного, стырить со стола одну из пробирок, куда он разливал зелье, но волоса на нее не понадобилось.) Вернувшись на место, я сделал вид, будто стряхиваю соринку с плеча Блейз, и стянул у нее волосок.
В конце урока, перед тем как выходить, я притворился, что меня заинтересовал какой-то кусок текста в учебнике, и, собрав свои вещи, двинулся на выход, держа учебник в руках и читая на ходу. Ага, вот оно!
— Малфой, ты что, не видишь куда идешь? — возмущенный вопль Поттера, когда его учебник, тетрадь и чернильница полетели на пол. Мой учебник отправился следом.
— Ой, извини, Поттер, — быстро сказал я, нагибаясь, чтобы подобрать вещи. Когда я выпрямился, ошеломленный Поттер стоял с открытым ртом, таращась на меня сквозь свои дурацкие очки. Нет, ну неужели после поезда его еще удивляет моя вежливость!? — Вот, держи, — сказал я, подавляя желание расхохотаться в голос, и протянув ему его тетрадь, чернильницу (закупоренную, к счастью) и мой учебник. Поттер, все еще ошеломленный, машинально взял все это и стал запихивать к себе в сумку. Пряча довольную ухмылку, я поспешно покинул класс.
Дальнейшее вовсе не представляло проблемы. До обеда оставалась еще одна свободная пара — заданий пока не было, даже от зельеварения Снейп нас четверых освободил, и делать было, в общем-то, нечего. Я зашел к себе, немножко повалялся на кровати, потом вытащил из сумки принадлежности по зельеварению, запихнул новое «Руководство по Защитной Магии», рекомендованное в этом году для седьмого курса, несколько чистых пергаментов. Осторожно поправил перо и чернильницу, чтобы убедиться, что ничего не сломалось и не пролилось — нет, право, все-таки магловские ручки в этом отношении гораздо удобнее, жаль только они почти не пишут на пергаменте. (Ну естественно, я знаю, что такое магловские ручки, все-таки, не настолько два мира изолированы друг от друга!) Закончив собирать сумку, я достал из кармана пробирку с зельем, откупорил ее, и осторожно опустил волосок Блейз. Жидкость забурлила, принимая более густой золотистый цвет, словно волосы моей сестренки на солнце. Снова закупорив пробирку, я сунул ее обратно в карман, запихнул в сумку учебник Поттера, застегнул ее, и, взглянув на часы, решил, что можно двигать на обед.
За обедом все тоже прошло как по маслу. Дождавшись, пока Поттер и компания усядутся и начнут есть, я вытащил его учебник, вылез из-за стола и решительно направился к нему.
— Поттер! — встав над ним, как Немезида над грешником, я скрестил руки на груди, держа в одной из них его учебник. Уизел моментально вскинулся.
