– Пройдите вот сюда, – сказала блондинка с планшетом. – С этой стороны самый лучший обзор.
Мы поблагодарили ее и пробрались сквозь толпу. Наш приход совсем не обрадовал множество девушек, которые протиснули свои полуобнаженные тела в первый ряд. На самом деле многие кричали нам: «Наглеж!» К счастью, с нами была Рут. Она упивалась негативом и показывала всем средний палец, расплываясь при этом в улыбке.
– Только представьте, – сказала она. – Этим лузерам пришлось несколько часов простоять в очереди под дождем, а нам играючи удалось пробраться на первый ряд. Господи, мне нравится спать с участником группы.
Лиззи улыбнулась, явно не обращая внимания на негативный прием:
– А мне даже не пришлось с кем-то спать. Я получаю это все потому, что с ними спят мои подруги.
– При желании ты бы могла замутить с Джеком, – сказала Рут. – Он явно запал на тебя.
Лиззи состроила гримасу, и я мысленно улыбнулась, вспомнив ее речь о настоящей любви.
– Когда начнется выступление? – спросила Аманда.
Ее слегка придавили с обеих сторон, но она старалась вести себя так, будто ничего не происходит.
Я посмотрела на телефон:
– Через пять минут.
– Это так волнительно.
– Знаю.
Для семи часов в зале было уже полно народу. Обычно мало кто стремится послушать группы на разогреве. Людям скучно, и они больше заботятся о том, как бы занять местечко получше. А многие вообще прибывают минут за пять до выступления хедлайнеров. Но, судя по всему, сюда пришли и на «Боль перемен».
Чтобы выбить себе место, мы попихались с несколькими девушками, которые намеревались привлечь внимание членов группы. Одна из них, одетая в футболку «Я люблю Брайана», взахлеб рассказывала подруге «очень романтичный момент», когда она после выступления занималась с ним сексом в туалете какого-то клуба.
– Это было так мило, – сказала девушка. – Он даже позаботился обо мне. Постелил на пол свою куртку, чтобы у меня не замерзла спина.
Бедная жена Брайана!
Подруга девушки, высокая шатенка с длинными волосами, с удовольствием выслушивала подробности.
– Брайан – это нечто, – сказала она, перекинув волосы через обнаженное плечо. – А ты видела фотки группы на разогреве? Там такой гитарист! Сегодня я уж точно проберусь за сцену.
Секундочку! Это она про Ноя?
– Я слышала, что они реально хороши, – сказала «любительница туалетов». – А еще говорят, что их гитарист – самый настоящий потаскун. Трахает все, что движется.
– Пока он трахается со мной, меня это не заботит.
Мое настроение упало. Лиззи подтолкнула меня локтем в бок, вырывая из рук ярости и чувства незащищенности, охвативших меня.
– Что?
– Не хочу портить тебе вечер, но… – Она показала пальцем на стоящих чуть дальше в первом ряду. – Я подумала, ты должна знать.
Я посмотрела в ту сторону:
– О нет!
– Уверена, она не доставит проблем.
Там была Порция. Я совсем про нее забыла. Но она, очевидно, не забыла про Ноя. Выбила себе местечко прямо по центру и окидывала сцену взглядом, полным решимости.
Не приободрило меня и то, что выглядела она превосходно. Нарядилась в серебристое облегающее платье, которое сверкало на свету. Ее длинные светлые волосы идеально ниспадали на спину, на лице был безупречный макияж.
Я застонала:
– Мне не стоило приходить.
– Что? Почему?
Я обвела рукой девчонок, стоящих вокруг. Они словно почувствовали, что группа скоро начнет выступление, и начали активно пихаться, пытаясь выплеснуть скопившуюся энергию. Прежде робкие на вид девушки вдруг превратились в агрессивных монстров: они расталкивали всех локтями и «случайно» наступали на ноги, чтобы сохранить свои места.
– Это, – сказала я, – никак не повышает мою самооценку.
Лиззи приобняла меня:
– Не глупи. Ной влюблен в тебя по уши.
– Но как я могу соревноваться со всеми этими девушками?
– Ты же Поппи Лоусон! И ты великолепна! – сказала Лиззи. – Сегодня мы развлекаемся! Поппи, у нас есть пропуска за кулисы самого масштабного концерта, когда-либо проходившего в Мидлтауне. А теперь проглоти эту антисамолюбивую конфету, которую ты смакуешь, и веселись.
Только я собралась ответить, как выключили свет, и все закричали. Мое сердце заколотилось еще быстрее. Вспомнилось их выступление, когда я впервые увидела Ноя. Казалось, с тех пор прошло не менее миллиона лет.
На сцене появились темные фигуры, и по реакции тела я определила, что одной из них был Ной. Крики стали громче, энергия так и бурлила. А толкаться стали еще сильнее, но нас защищало стоящее перед нами ограждение.
Я увидела, как Ной поднял гитару у ближайшего к нам края сцены. Казалось, он так далеко, хотя нас разделяло лишь несколько шагов. Интересно, о чем он думал в тот момент? Я помолилась, чтобы все прошло хорошо.
Над стадионом прогрохотал голос Райана:
– Добрый вечер, леди и джентльмены. Мы – «Боль перемен».
Зажегся свет, и группа сразу же заиграла одну из своих лучших песен. Кишащий людьми танцпол сошел с ума, начав подпрыгивать в едином порыве. Казалось, мои ноги не успевали опускаться на пол, но я улыбалась.
