– Уже девять. Думаю, что до начала свадьбы вам, девочкам, понадобится время на сборы. – Прикоснувшись в последний раз к губам, он подарил лёгкий и скользящий поцелуй. Ник встал с кровати, а я издала страдальческий стон, закатив глаза.
– Проводишь меня? – спросил он, опираясь о дверной косяк моей комнаты.
И когда он только успел одеться? Я лениво поднялась с кровати, нацепив на себя ближайшую футболку, и поплелась за Ником.
– Я не хочу снова с тобой расставаться. Может, запрёмся здесь? – прошептала я в миллиметре от его губ. Он затаил дыхание, устремив свой взгляд на мою закусанную губу.
– Не искушай меня. Твои невинные и умоляющие жесты могут сыграть с тобой злую шутку, – довольно усмехнулся парень и провёл большим пальцем по нижней губе, освобождая её от моих собственных зубов. Я хмыкнула.
Его рука коснулась дверной ручки и нажала на неё. Та уступчиво отворилась. Сделав глубокий вздох, он вышел из комнаты. Путь до коридора был коротким, но, сплетя наши пальцы, Ник тянул время, насколько это было возможно. Приблизившись к входной двери, он остановился и развернулся ко мне.
Когда он заметил мои грустные глаза, его нежные и большие руки обхватили моё лицо.
– Прекрати. Через несколько часов мы увидимся и ты уже вряд ли сумеешь от меня отвязаться, – подбадривал меня Ник, поглаживая большим пальцем по моей щеке.
– У нас с тобой всё так сложно. Конечно, эта ночь была незабываема, но недосказанности между нами не пропадут просто так, – тихо ответила я, отводя глаза в сторону.
– Лив, хватит накручивать себя. Я больше не оставлю тебя. Обещаю, после того как выдадим твою мать замуж, мы устроим целый вечер, посвящённый нашим "недосказанностям". Просто верь мне, малышка. Ты обещаешь верить? – серьёзно спросил он.
– Да, – уже дружелюбней ответила я.
И как у него это получается? Прошло столько лет, а он ведёт себя так, словно я та семилетняя малышка, нуждающаяся в помощи. Несколько слов – и я спокойна, что бы ни случилось. Но если поразмыслить, то действительно, лишь рядом с ним я чувствовала себя под защитой. И мне чертовски это нравилось.
– Вот и хорошо. Значит... встретимся в парке? Как я тебя узнаю? – шутливо спросил парень, заигрывая.
– Я буду в белом, – игриво улыбаясь, подхватила его настрой я.
– Когда-нибудь и ты будешь в таком же белом, как и твоя мать.
Его слова эхом отозвались в моём подсознании, и я, не скрывая трепета, расплылась в застенчивой улыбке.
– Обязательно, – только и смогла вымолвить я.
Входная дверь захлопнулась. Не имея возможности скрыть довольную улыбку, я шумно выдохнула и прислонилась спиной к стене. Как вдруг услышала вежливый кашель.
– Так-так, стоит только мне из дома выйти, как моя серьёзная писательница превращается в развратную училку... – иронично протянула Бекс, заставляя меня открыть глаза.
– Прекрати, Бекка. Всё-то ты знаешь, – улыбаясь, отмахнулась я, пряча от неё блестящие глаза, словно нашкодивший ребенок.
– Лив, ну конечно же знаю! Не представляешь, но прямо на моих глазах наша гостиная обернулась в место для ночного сеанса для взрослых. Это было... завораживающе, – томным шёпотом произнесла блондинка и заливисто засмеялась. Её смех всегда был заразительным для меня, и я не выдержала.
– Ладно, милая, ты позавтракай, а то, наверное, очень устала за ночь. Нужны силы для сбора на свадьбу, поэтому потом пулей в душ. Через полчаса я буду ждать тебя в нашем салоне. И кстати, не только тебя, а ещё и горячие подробности грандиозного воссоединения, – мило щебетала Бекс, на ходу надевая каблучки.
***
Всё это время, проведенное наедине с собой, я копалась во вчерашних событиях. Не помню, когда в последний раз была так счастлива. Всё мое существо сфокусировалось на одном человеке, будто бы это было предначертано судьбой. И пусть всё будет так, как будет. Я предоставляю своё сердце ему, не боясь о последствиях. Я буду откровенна и чиста перед собой, если не буду убегать от того, к кому меня тянет. Слишком мало в нашей жизни выпадает шансов. И если их не использовать в своё время, то в конечном итоге можно исчерпать свой лимит и остаться с пустой реальностью.
Снимая с себя одежду в ванной, я вдруг вспомнила о надписи на моём теле. И, словно безумная, кинулась к зеркалу.
"Твоё тело – лучшее полотно для признаний. Я люблю тебя".
В горле моментально пересохло, а голова закружилась от счастья. Ник? Мой Ник любит меня?
Глава 36. Истины и кремовые розы .
Ощущение счастья вперемешку с волнением одолевало меня в этот день не меньше, чем невесту. Трудно представить, что чувствовала мама в эту секунду, но меня переполняли эмоции и предвкушение главного события. Дело близилось к полудню, и гости уже начинали прибывать. Суета, присущая подобного рода праздникам, просто зашкаливала. Валери и я, словно пчёлки, кружились весь месяц, желая приложить все усилия к тому, чтобы торжество получилось незабываемым. Мы знали, что если будем ответственны за проведение свадьбы, то мама будет спокойна. Да и, признаться, разве могут столь приятные хлопоты доставлять неудобства?
