– Конечно! Пересмешник стал жутко популярным и теперь копает не на нашу школу, а на всю элиту Верхнего Ист-Сайда. И... это не всегда бывает грязь, – ответила девушка и закатила глаза. – На самом деле мне плевать, кто это пишет. Это весело и интересно.
Я рассеянно пожала плечами и вновь усмехнулась, только уже мысленно. Я была плохо знакома с этим сайтом, так как видела его всего лишь раз – и то, когда пыталась подружиться с девочками после отъезда Ника. Какой-то мутный сайт с логотипом небольшой птички – пересмешника. Его назвали так потому, что птица подражает другим голосам, а ещё ходит такое поверье, словно она высмеивает кого-либо. Сама идея анонимного сайта о сплетнях и чужих секретах пошла от нашумевшего в то время сериала, а затем разрослась в гораздо более крупных масштабах. Кто был создателем сайта, никто не знал, но доносчиков и сплетниц всегда хватало, поэтому он и держался на плаву. Детские школьные забавы. И что теперь? Свежие сплетни о важных особах стали первым заработком, востребованной специей в огромной котле, где варится вся эта Элита. И как же всё-таки чертовски хорошо, что мне так и не удалось подружиться с этими малышками. Просто я была слеплена совсем из другого теста, мне с ними было сложно.
– Когда ты сказала "знаменитая личность" и "ваша троица", кого и что ты имела в виду? – поинтересовалась я.
– Мэтьюз, ты совсем не меняешься! Теперь я вижу, что ты на самом деле не в курсе. Пересмешник очень любит писать о тебе, Ребекке Мэйсон и, конечно же, о красавчике Нике Беннете. Вы у него любимцы. Может, когда-нибудь и почитаешь о себе на досуге. Уверена, найдёшь много интересного! – ответила Изи и расплылась в хитрой улыбке.
– О... – только и выдавила я.
И всё же забавно: ведь мы с Бекки даже не знали о том, что кто-то так рьяно интересовался нашей жизнью. Что касается Ника, так меня совсем не удивляло, что он был любимцем. Он всегда и у всех им был. Амбициозный, независимый и, плюс ко всему, просто сердцеед. Его родители – влиятельные люди, обладающие неплохим трастовым фондом, что ещё больше привлекало девушек в Нике. Но мы с Ребеккой? Да, наши родители не менее состоятельные люди на Манхэттене, но мы не кружились на светских тусовках и не принадлежали миру моды. Так чем же мы могли вызвать всеобщий интерес? Ведь Пересмешник не будет писать о тех, кто не интересен Нью-Йорку, в частности Верхнему Ист-Сайду... Этот вопрос застал меня врасплох, но не слишком озадачил, так как больше всего я хотела вернуться к своему уютному вечерку наедине с собой и своим макиато. Конечно, я не исключала мысль о том, что было бы забавно прочитать о "нашей троице", даже если там и будет сплошная грязь. Возможно, эти сплетни и подтолкнут меня к какому-нибудь решению.
– Да, кстати. А ты не такая уж и забитая, какой была раньше, Лив, – услышала я тоненький голосок Изи, который выдернул меня из наплыва моих мыслей.
– А ты уверена, что знала меня, Из? – спокойно ответила ей я и тут же заметила, как она растерялась.
Я просидела в кофейне с Изабель ещё около получаса, выслушивая рассказы о её стажировке в "Vogue" и оплошностях её подруг. Но вскоре её вызвали по телефону те самые подружки, и она упорхала на своих шпильках так же быстро, как и появилась передо мной. Я была готова танцевать от счастья. Чёрт, ну и где теперь мои манеры?
Оставшись в долгожданном одиночестве, я взглянула в окно и заметила, что уже совсем стемнело. Мне дико захотелось увидеть родного и близкого мне человека. Мама. Наверняка она грустит сейчас одна дома и бесцельно щёлкает по каналам своего кабельного. Мне захотелось открыться перед ней, вскрыть наконец все карты, что я так долго таила от неё. Это желание так воодушевило меня, что я подорвалась и вылетела из кофейни, натягивая на себя по пути кардиган. Я зашла в ближайший магазин и закупилась всеми ингредиентами, которые требовались для приготовления глинтвейна. Я умела его готовить, а в такую погоду горячее обжигающее вино в сочетании жара камина и тёплого пледа – самое то. Взяв такси, я отправилась в Верхний Ист-Сайд к моей любимой и скучающей маме. В душе поселилось твёрдое чувство уверенности в том, что разговор с Айрин – это лучшее решение на текущем этапе моей жизни. Да, я наконец созрела, я готова. Так зачем же ждать завтра, когда у нас есть "сегодня"? Зачем ждать, когда у нас есть этот самый миг?
Глава 19. Разговор по душам.
Мои спортивные чёрные часы показывали девять вечера. Не спеша я вышла из такси и направилась в сторону элитного жилого комплекса небоскреба CitySpire на Манхэттене. Он располагался неподалёку от Центрального парка, и с пятьдесят первого этажа моей мамы открывался изумительный вид. Наверное, это единственное, в чём я видела плюсы роскошной жизни. Шанс увидеть этот мир во всех его красках, побывать в самых разных уголках земного шара и творить всё то, что тебе взбредёт в голову.
