– Эм… ты не мог бы минутку подождать? На кухне горячий чайник, можешь приготовить нам по кружке чая, – голос мой прозвучал хрипло и обрывисто. Возьми себя в руки, Лив!
– Я оценил твоё гостеприимство, но, может, уделишь мне пару минут? – медленно, растягивая слова, попросил Ник. Я не верила своим глазам, но, кажется, он нервничал.
– Да, но… я хотела бы одеться. Если позволишь. Всего минуту, я скоро.
Резко развернувшись, я вылетела из гостиной в свою комнату. Проклиная себя всеми богами, я зажмурилась. "Если позволишь"?! Говорить ему подобные двусмысленности? Что за круглая идиотка! Учащённое сердцебиение заглушало собственный крик души. И всё-таки эти первые минуты я держалась достойно. Пусть внутри меня и разрывало на части от одного его вида – внешне я была холодна. Отлично, с таким же настроем действуем и дальше.
Я нацепила первое, что попалось под руку, а именно домашнюю футболку и шорты. Собрав мокрые волосы в высокий хвост, попыталась перевести дух. Господи, что ему нужно? И почему он решил явиться ко мне сегодня, когда на следующий день свадьба матери? Я шумно выдохнула и вернулась, как оказалось, в пустую гостиную. Зайдя на кухню, я обнаружила Ника, который стоял у плиты, помешивая кофе. Воспоминания тут же больно полоснули по сердцу. Всего какой-то месяц назад он так же стоял на моей кухне и готовил завтрак, но тогда всё было иначе. Услышав мои шаги, он резко повернулся ко мне и застыл. Глубокий взгляд тёмных глаз блуждал по моему телу с ног до головы. По спине пробежал холодок. Мышцы заныли. Что он со мной делает?
– Я не очень-то люблю чай, поэтому решил сварить кофе. Извини.
– Да нет, ничего.
Всё это было так глупо. Люди, которые нуждаются друг в друге, строят из себя милых знакомых. Напускная вежливость и манеры. Нас разделяли всего два шага, а мы продолжали молча стоять, не отводя глаз в сторону. Лёгкие сдавило спазмом. Этот его взгляд проникал под мою кожу, углубляясь всё дальше и дальше, подбираясь к самому сердцу. Неловкое молчание сдавливало виски. Лишь тихое тиканье настенных часов, шум машин за окном и наши нервные и короткие вдохи–выдохи. И вдруг тишину прервало шипение сбежавшего кофе. Оно пеной поднялось вверх, заливая белоснежную плиту Бекки коричневой кляксой.
– Чёрт, – спохватившись, пробубнил Ник и бросился к плите.
Несколько раз моргнув, смахивая пелену с глаз, я тут же подбежала к парню. Я неловко хваталась за тряпки, пока Ник выключал газ и убирал разлившийся кофе. В суете наши пальцы соприкоснулись. Смущение. Нервная дрожь. Лёгкие пропустили удар. Я отдёрнула руку первой, пытаясь заставить себя дышать.
– Всё в порядке, я уберу, – в панике пробормотала я, хватаясь за губку для мытья посуды. Руки не слушались, а кровь прилила к щекам. Хотелось провалиться под землю, убежать, потерять сознание – что угодно, лишь бы не видеть, не ощущать и не чувствовать его рядом.
В воздухе повисло напряжение, уже готовое вылиться в нечто большее. Дай только повод. И поводов было так смертельно много!
– Эй, Лив, присядь, прошу тебя. Давай поговорим, – спокойно сказал Ник, пододвигая к себе ближайший стул и ожидая моей реакции.
Я не спеша вытерла руки и, сжав пальцами край футболки, присела рядом.
– Я пришёл, чтобы попросить тебя составить мне компанию на завтра. Эвелин нашла какого-то парня, и я подумал, может, ты заменишь её? – тихо сказал Ник, нервно проводя рукой по и так взъерошенным волосам.
– Эм, да... да, хорошо, – растерянно ответила я. – Ник, это можно было сделать по телефону, ведь мы...
– Постой, – прервал меня он, – это не всё. Я... я хотел бы извиниться перед тобой. – Он медленно и осторожно подбирал слова. Я никогда не видела его таким, и всё, что мне оставалось, – изумлённо хлопать ресницами и любоваться его губами, которые то и дело порывались начать говорить. – Ты много натерпелась из-за меня, я знаю. Я столько раз обижал тебя… Может, я и был неплохим другом, но, признаться, парень из меня вышел сомнительный. – Горькая усмешка. – Я самый дерьмовый вариант для тебя, Лив. Я не умею встречаться, не умею примерно вести себя даже долбанных несколько дней. Когда я вижу, с какими глазами ты смотришь на мир, даже после всего, что с нами приключилось, то я ощущаю себя просто ничтожеством. Я не сломлю тебя больше, Лив. И никто не посмеет этого сделать. Просто... прости меня, ладно? За всё дерьмо, – сжимая скулы, прошептал Ник. Резкий скрежет стула по паркету заставил меня вскинуть на парня взгляд. Он встал из-за стола. – В общем, это всё, что я хотел сказать. Мне, наверное, пора.
Пальцы сжимали всё тот же маленький краешек футболки. До побелевших костяшек, до лёгкой судороги. Я сидела там, на этом проклятом стуле и крепко сжимала свои зубы, дабы не расплакаться прямо сейчас. К горлу подступил предательский ком, не дающий возможности вымолвить и слово, сковывающий мою тонкую шею. Не отводя от меня глаз, Ник двигался спиной назад. Освободившись от напавшего на меня замешательства, я машинально поплелась за ним в коридор.
