— Кирилл, — перебила меня Болховская тоном, не терпящим возражений. — Тебе отдали приказ ехать в красную зону и выполнять свою прямую обязанность: уничтожать иных. Дела Козлова и его компании тебя не касаются. У них своё задание, у тебя — своё. В чём проблема? Ты получишь надбавку к жалованию. Полковник ведь пообещал надбавку, верно? А заодно сможешь высосать энергию из пары-тройки «светлячков». Так пользуйся возможностью, пока дают.
В риторике Болховской произошли перемены. Теперь госпожа майор как будто и не видела ничего дурного в том, что я поглощаю энергию.
— А вы, смотрю, как будто и не против, — заметил я. — Помнится, вы меня под трибунал хотели отдать.
— Мне много чего не нравится, но я выполняю приказы. И ты должен делать то же самое, если не хочешь неприятностей. Пока директор на твоей стороне, но он не станет терпеть бесчинство в своём заведении.
Наверное, Алиса всё же достучалась до Меншикова со своими претензиями в мой адрес, и он поставил её на место. Наверное, с бандой Филина случилась похожая история. Болховская, возможно, и не участвовала в их нелегальной предпринимательской деятельности, но и пойти против приказов вышестоящих офицеров не могла.
— Есть вещи важнее приказов, — проговорил я.
— Кирилл, слушай меня внимательно. Больше повторять не буду. Во-первых, твоя безопасность гарантирована. Никто из ребят Козлова на тебя напасть не посмеет. Во-вторых, я не хочу исключать тебя из боевой группы. Ты за эти месяцы зарекомендовал себя с лучшей стороны. Сейчас ты на хорошем счету у начальства, не порть себе репутацию. В-третьих, подумай о собственной выгоде. Глупо столько терять из-за какой-то обиды.
Я задумался. В словах Алисы была логика. Если есть возможность добыть лишние единицы энергии, то какая разница, кто со мной поедет и чем они там будут заниматься? Сколько получится поглотить? Если сто-двести единиц — уже хорошо. Ещё и деньги дадут. И всё равно внутри шла борьба: одна часть меня требовала ехать в пустыню и поглощать иных, другая — сопротивлялась.
— Сами-то с этого хоть что-то имеете? — спросил я. — Или только приказы выполняете, а вся прибыль полковнику вашему идёт? Кто он? Заместитель по боевой работе? Это ведь он заведует данной деятельностью, верно?
— Откуда ты всё это знаешь? — нахмурилась Алиса. — И какое это имеет отношение к делу?
— Да так… может, имеет, может, нет. Неважно. Уговорили, я поеду.
— Я рада, — совсем нерадостно вздохнула Алиса. — А теперь бегом в оружейку. Не задерживай выезд.
Я хотел уже идти, но тут вспомнил об ещё одном деле и подумал, раз уж я здесь, почему бы не озвучить волнующую меня проблему.
— Ещё какие-то вопросы? — спросила Болховская.
— Да, есть вопрос. Почему во время вчерашней вылазки была нарушена техника безопасности? Я видел на обратном пути разбитый «Слон», попавший под выброс. Сколько человек погибло? И всё из-за того, что вы послали людей к местам выбросов, даже не убедившись, что там безопасно. Или опять просто выполняли приказ?
— Эти вещи я обсуждать не намерена, — тон Алисы снова стал ледяным.
— Вы не думали, что это однажды может и до императора дойти?
— И слава Богу, если это однажды случится. Думаешь, я сама не вижу? Думаешь, ты сейчас открытие для меня сделал? Вот именно, я выполняю приказы, как должно поступать любому офицеру, солдату или курсанту. Моя совесть чиста, и не тебе меня попрекать. Разговор окончен. Свободен.
Судя по тону Болховскй, вчерашнее происшествие её саму тревожило. Наверное, зря я на неё бочку катил. От неё зависело не так уж и много. Обычный исполнитель. Главные решения принимались наверху, и требовать ответов следовало от высокопоставленных чинов, а не от офицеров среднего звена, которые по сути — люди подневольные. Да и заниматься этим должны компетентные органы, а не я.
— Прошу прощения, если вас задел, — я поднялся со стула, вытянулся по стойке смирно, развернулся и направился к двери.
— Кирилл, — окликнула меня Болховская.
Я обернулся:
— Слушаю, ваше высокоблагородие.
— Вчера никто из группы не погиб. Нам повезло.
— В следующий раз может не повезти.
— Знаю. Всё, иди.
Слова Болховской мне казались искренними. Может быть, она так ловко пыль в глаза пускала — я плохо разбирался в людях. Но почему-то ей верил.
Но кто в таком случае виноват? Кто должен нести ответственность за происшедшее? Директор? Вряд ли он сам решает, куда направить боевую группу. А кто решает? Армейское руководство? Генерал-губернатор? Как минимум за эвакуацию ответственен именно он. Может быть, и за всё остальное — тоже.
Я подумал, надо попросить Марину, чтобы та доложила своему начальству о творящемся здесь беззаконии. СКИФ, конечно, не будет ничего делать, но у агентов наверняка есть связи в самых высоких кругах власти. Пусть намекнут там кому-нибудь, мол так и так, есть серьёзные проблемы в Московской губернии. Вдруг столичные чины зашевелятся?
