«Может, они расстались, а Дева-Гот об этом не знает?»
«А если они расстались, какого хрена Ганс так до сих пор меня и не поцеловал?»
«Может, я ему не так уж и нравлюсь?»
«А может, он собирался, а тут Рыцарь его спугнул».
«В общем, или у него есть девушка, или я ему не нравлюсь, или он ссыкло. Офигеть».
«Звонить ли ему вообще, когда я приеду домой?»
«Он, наверное, в это время тоже будет ехать домой. Может, включит музыку и не услышит моего звонка. Может, я просто смогу оставить сообщение…»
О да, я смогла бы оставить сообщение, потому что мой звонок сразу переключили на чертов автоответчик. Так что я просто бросила трубку.
Козел.
<p>10</p>Я легла спать, воя от отчаяния, но проснулась, вереща от счастья, потому что обнаружила у себя не один, а два пропущенных звонка от Ганса, да еще и мигающее сообщение на автоответчике телефона на тумбочке. Сообщение, которое я слушала столько раз, что едва не опоздала на работу. Когда я примчалась в «Пьер Импорт» с завязанным на талии синим фартуком и дурацкой улыбкой во все лицо, я могла повторить всю эту херню наизусть.
«Привет, Биби. Прости, что пропустил твой звонок. Мой чертов телефон сдох, а я с Трипом застрял в каком-то клубе в Бакхеде. Он так заводится на концертах, что его потом не уймешь. Тут посреди танцпола был шест, и Трип не хотел уходить, пока не научился делать на нем движение, которое называется “летучая медная обезьяна”, – Ганс хохотнул. – Мне так жалко, что вас не было с нами. Джульет бы описалась, глядя на Трипа на шесте».
Голос Ганса слегка дрогнул во время второй части сообщения. Я буквально видела, как он кусает ноготь на большом пальце и смотрит перед собой, пока говорит это.
«Эй, я не знаю, есть ли у тебя планы на будущие выходные и хочешь ли ты снова встретиться, но… в общем, ребята пытаются уговорить меня позвать всех к себе. Мои родители только что купили джип и уезжают в двухмесячное путешествие, так что… я остаюсь дома один. – Пауза. – Ты могла бы… остаться ночевать… если хочешь. Ну, в смысле, все обычно остаются. У нас, типа, пять свободных спален и куча диванов, так что это не проблема. Ты просто… дай мне знать. Ладно? Ну, пока».
«Ну, пока».
Мое тело вытворяло странные, непроизвольные штуки всякий раз, как я слышала этот вздох. Мышцы сжимались, как будто я пыталась сдержать крик. Ноги подкашивались. Я закусывала губу, чтобы не улыбаться. Даже когда я просто вспоминала об этом на работе, мне приходилось лезть под прилавок, чтобы никто не увидел моих конвульсий.
Уж не знаю, что там произошло между нашим неловким прощанием и этим сообщением, но мне, на хрен, было плевать. Что бы ни сдерживало Ганса – Бет, Рыцарь, даже я сама, – он явно сумел с этим справиться. А я не могла дождаться, чтобы справиться с ним – в миссионерской или верхом – на этих выходных.
– Детка. Да ты не стоишь на месте дольше минуты и то и дело пускаешься в пляс, – Крейг, мой любимый сотрудник, смотрел на меня с выражением, опираясь на стену из подушек. – Ты время зря не тратила, да?
Схватив розовую атласную подушку с вышивкой по краям, я запустила ее в него. Поймав, Крейг засунул ее под мышку.
– Да чтоб ты знал, я с ним даже еще не спала, – я задрала подбородок и брови, стараясь казаться надменной.
– Еще, – рассмеялся Крейг. – Малышка, да к концу недели он запросит у тебя пощады.
Я не могла удержаться. Сжав кулаки, я прижала их к губам и замотала головой. Понизив голос до шепота, я призналась:
– Он только что пригласил меня переночевать у него на выходных.
Крейг поднял руку и изобразил ею благословление.
– Всемогущий Крейг знает все. Можешь вознести мне хвалу.
