Показал, как надо, а на остальные вещи он под моим приглядом сам руны нанес — вот и мой набор пригодился. Да и Симус с Дином соблазнились, а мне краски не жалко. У Симуса, правда, и покупные вещи имелись с подобными свойствами, но самому зачаровать оно как-то интересней.
Мы и Гермионе предлагали, но девчонка гордо вздернула носик и отказалась. Сказала, что самоучкам не верит, тем более, что профессора и Министерство не одобрили — значит, нельзя. И вообще, нужно все у мастеров покупать, которые этому учились и дело свое точно знают. Если все начнут зачаровывать направо и налево, то это явно ни к чему хорошему не приведет, а руны у нас только на третьем курсе будут. Ну, ее дело. Ладно хоть не заложила.
Зато Келла, ее соседка по спальне, с удовольствием согласилась и тоже все, что могла, зачаровала. А потом над Гермионой посмеивалась, когда та в свою школьную сумку полбиблиотеки сложила и на себе таскала, когда сама Келла ходила налегке, хотя книжек в сумке у нее не меньше было.
Вот, кстати. Оказалось, кроме Парвати, Лаванды и Гермионы, к нам еще две девчонки поступили. Которых я по книге совсем не помню. Фэй Данбар — симпатичная голубоглазая шатенка, как все чистокровные немного высокомерная. И Келла — чернокожая магглорожденная.
Странно, но Гермиона откровенно воротила от соседок свой хорошенький носик. Не знаю, что там между ними произошло. Но Парвати и Лаванда держались вместе, у Фэй была закадычная подруга на Хаффлпафф, а Гермиона вполне могла подружиться с Келлой, тем более что они обе магглорожденные. Но, видимо, девчонки успели неслабо поцапаться, и Келла всегда неприязненно морщилась при каждой встрече, называла девочку «Белая кость» и презрительно цокала. Поди пойми этих девчонок. Но не дерутся — и слава богу.
* * *
Но пока мы этого ничего не знали и, просто весело болтая, шли на завтрак, попутно рассматривая чудеса. Дин даже не удержался и поскреб холст картины, чтобы убедиться, что картинка живая. Хотя мы его отговаривали.
Дама завизжала так, что заложило уши, и грохнулась в обморок. А потом туда сбежались возмущенные люди со всех ближайших полотен и разорались на беднягу. Пришлось нам всем под смешки и вопли сбежать, а портреты еще долго не давали сконфуженному парню прохода и, бегая с картины на картину, шушукались и тыкали в него пальцем. Да и мы нет-нет да подкалывали пацана — вспоминали, как он белую леди за попу почесал.
Раздражало, что за Поттером следовали толпы любопытных. Шепотки со всех сторон, косые взгляды. Но близко не лезли — нас много, не подступиться. Но Гарри все равно очень смущался и не мог сосредоточиться, чтобы запомнить дорогу. Хорошо, что мы первое время на уроки впятером всегда ходили. Один одно запомнит, другой — другое, так что быстро освоились. Да и от полтергейста толпой отбиваться сподручней — поэтому он нас не трогал. Я к тому же уже по письмам Перси знал, на каком этаже какой кабинет находится, правда, не представлял, как до нужного места добраться. Вот вместе и разобрались.
Зато лестницы, двери и исчезающие кабинеты меня, в отличие от остальных, совершенно не смущали — насмотрелся такого у Луны в доме, и меня это вовсе не раздражало. А парней бесило, что в замке не было точных ориентиров — ведь они не умели использовать «путь» и думали, что замок их морочит. Приметят доспехи у нужного кабинета, а в следующий раз они в другом месте окажутся, и на урок приходится бежать через ползамка.
Кабинеты и классы словно исчезали и появлялись в других местах, а лестница в пятницу приводила совсем в другое место, чем в понедельник. Но все это была игра, чтобы учиться чувствовать.
Ты мог сопротивляться «пути», как это в основном делали магглорожденные и полукровки, и пытаться добраться до места по прямой — выстукивая каждую дверь, путаться с лестницами, воевать с Пивзом и прибегать к нужному кабинету за три минуты до начала. Или принять игру и спокойно изучать «путь», который хотел показать тебе замок. Лазить по закрытым этажам вечность, а потом вывалиться из ближайшего к нужному классу помещения и с удивлением обнаружить, что прошло ровно полчаса, и в запасе еще десять минут до начала урока.
Самое интересное, что не все, кто вырос в магическом мире, понимали «путь». Вот близнецы его поняли, а Перси нет. Книжный Невилл все же его освоил и разгадал тайну «комнаты желания», поняв принцип игры. И потому о ней знали многие, но находили единицы.
И старик Филч отлично его понимал, поэтому мог за минуты переместиться из одного конца замка в другой без всякой магии. И его кошка «путь» тоже отлично видела, как, вероятно, и все магические животные.
Мы с парнями потом, когда я объяснил, как это действует, часто лазили по замку, обнаруживая скрытые ходы и странные, давно заброшенные помещения. И Филч ни разу нас не поймал — замок надежно охраняет своих «путников». Это стало нашей общей тайной, которой мы никогда и ни с кем не делились.
* * *
Все мы быстро поняли, что использовать магию — это не только размахивать палочкой и говорить абракадабру, а все куда серьезнее.
