Раздражённый неспособностью штаба 10-й армии ликвидировать сухиничскую группировку, которая продолжала удерживать важнейший узел коммуникаций и угрожала тылам дивизий, ушедших далеко вперёд, к Кирову, Жуков телеграфировал Голикову: «Почему части армии отходят без приказа и виновные в этом не несут ответственности, положенной по приказу фронта?.. Понятно ли Военному совету армии, что исключительная пассивность, отсутствие управления, беспечность привели к активности противника с целью вывода 216 п/д из Сухиничи, и второе – понятно ли Военному совету, что дальнейшие пассивные действия армии, игра в батальоны, игра в поддавки может развязать события и помешать нам в проведении главной операции фронта?»
Войска Западного фронта только что успешно завершили Калужскую наступательную операцию и совместно с армиями Калининского фронта приступили к Ржевско-Вяземской операции. Всё было напряжено. В том числе и нервы. Жуков пропихивал в «дыру», образовавшуюся в районе Медыни и Износок, ударную группировку 33-й армии – на Вязьму. Армии левого крыла должны были с боями продвигаться вперёд на своих участках. Операция заглохнет в апреле, закончившись гибелью западной группировки 33-й армии, её командующего генерала М. Г. Ефремова и полным истощением 10, 50, 49, 43-й армий и восточной группировки 33-й армии. Вязьма останется в руках противника.
А тогда, в январском аду наступления, многим, в том числе и Жукову, казалось, что стоит нажать ещё немного, собрать в кулак последние силы и волю – и…
Жуков выслушал оправдания Голикова, понял его настроение и сказал: «Ваши намётки, исходящие из неуверенности, я осуждаю. С такими настроениями только в беспорядке отходят, а победы ждать не следует. Говорю вам из своего личного опыта, что тот командир, который оглядывается назад, никогда успеха не будет иметь».
И заменил Голикова Рокоссовским.
Рокоссовский убывал с правого на левый фланг Западного фронта без войск, с одним полевым управлением. Войска и участок фронта передал соседям. Начальнику штаба генералу Малинину поручил командование штабной колонной, она перебрасывалась в район Калуги, а сам с членом Военного совета А. А. Лобачёвым отправился сначала в штаб фронта, а потом в Москву.
Кстати, в штабной группе к новому месту службы убывала и военврач 2-го ранга Галина Васильевна Таланова.
Встреча с Жуковым была по-деловому короткой. Комфронта сразу предупредил, что резервов нет, чтобы по прибытии на место штаб 16-й армии рассчитывал только на те силы, что сосредоточены в районе Сухиничей. Правда, одну дивизию Рокоссовскому он всё же дал – 11-ю гвардейскую полковника Чернышёва. Это была та самая дивизия, бывшая 18-я ополченческая, которую штаб Рокоссовского в октябре 1941 года подобрал на пути из Вязьмы на Можайск.
Рокоссовский посмотрел на карту района: вокруг Сухиничей сосредоточены 322, 323, 324 и 328-я стрелковые дивизии и одна танковая бригада. Они занимали участок фронта протяжённостью 60 километров. Подумал: наверняка дивизии потрёпаны, но если в каждой по полку наберётся – хорошо, драться можно.
Словно угадывая его мысли, Жуков сказал:
– Надеюсь, что вы этими силами сумеете разделаться с противником и вскоре донесёте мне об освобождении Сухиничей.
Рокоссовский сдержанно кивнул:
– Принимаю ваши слова как похвалу.
Они понимали: немцы держатся за сухиничский узел неспроста – удерживая его, они не позволяют нашим войскам развивать наступление дальше, одновременно сохраняют плацдарм для возможного броска назад.
Ночевали Рокоссовский и Лобачёв в Москве. Разыскали начальника московской милиции В. Н. Романченко, сослуживца Рокоссовского по Даурии и боям на КВЖД. Виктор Николаевич жил один в своей просторной московской квартире. Семью отправил в эвакуацию. Старого боевого товарища принял со всей душой.
«В благоустроенной квартире моего товарища мы испытали блаженство, – вспоминал маршал ту встречу. – После ночёвок в машинах, окопах, землянках вдруг такая роскошь: горячая ванна, постели с чистым бельём. Светло, тепло и тишина – ни выстрелов, ни разрывов снарядов и бомб. На рассвете, плотно позавтракав, отправились в Калугу, куда в этот день должен был прибыть весь штаб».
