Надежда и Димка обошли знакомый шестиэтажный дом из темно-красного кирпича и остановились перед обитой железом дверью в торце здания. Димка несколько раз нажал на кнопку звонка, изобразив условный сигнал, немного похожий на «Полет валькирий» Рихарда Вагнера.
– Кого там черти принесли? – донесся из динамика над дверью недовольный бас.
– Доставка на дом домашних пирогов и кондитерских изделий! – жизнерадостно ответил Димка.
– Заходи! – замок щелкнул, и дверь открылась.
За ней обнаружились уходящие вниз крутые ступени, по которым Надежда спустилась вслед за Димкой.
Они оказались в просторном помещении без окон, заставленном компьютерами, мониторами и другими устройствами неизвестного Надежде происхождения и назначения. Хотя она много лет проработала инженером, но с тех пор компьютерная техника очень изменилась.
Все помещение было опутано сетью проводов, как логово паука паутиной, в центре которого перед тремя светящимися мониторами в компьютерном кресле с продранной обивкой сидел молодой парень в черной футболке, заляпанной кетчупом и майонезом. Надежде показалось, что с последней их встречи он стал еще толще и неопрятнее. Что неудивительно – похоже, что Боб с тех пор так и не поднимался из кресла.
– Привет, Боб! – проговорил Димка, почти с религиозным восторгом глядя на своего кумира.
– Ты, что ли, Димон? Ты правда принес пироги и прочие дары природы? А это кто с тобой? Вроде знакомая тетка… где-то я ее видел…
– Неужели у тебя уже склероз? – проговорила в ответ Надежда Николаевна. – Впрочем, при твоем образе жизни это немудрено! Двигаешься мало, питаешься неправильно… при таком режиме и рационе тебе грозит ранний склероз!
В глазах Боба вспыхнуло узнавание.
– О, тетенька, да я же вас знаю! Вы ко мне уже приходили и приносили очень вкусное ореховое печенье. Надеюсь, сегодня вы тоже принесли что-то вкусное?
– А как же! Я знаю твои правила. Но на этот раз не покупное печенье, а домашний пирог с абрикосами.
Пирога была ровно половина – то, что вчера удалось спасти от Машки. Муж от пирога отказался, сказав, что сыт по горло пиццами, гамбургерами и пирожками. Надежда обиделась, но тут как раз подвернулся Боб.
– Да? – Боб заметно оживился. – Нand made? Ну тогда ладно. Попробуем ваш пирог.
– Э нет! – Надежда погрозила ему пальцем. – Пирог – это награда, его еще нужно заработать.
– Да? А может, он невкусный. Может, он мне не понравится.
– Понравится, понравится, можешь не сомневаться.
– Ну хоть маленький кусочек! Должен же я знать, на что подписываюсь!
– Ладно… но только маленький.
Надежда протянула Бобу небольшой кусок пирога. Он сразу отправил его в рот и снова покосился на Надежду Николаевну:
– Что-то я не распробовал! Надеюсь, это не все?
– Найдется и еще. Но ты знаешь, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке! Утром деньги, вечером стулья!
– Ладно, понял! – вздохнул Боб. – Что вам нужно?
Тут в деловые переговоры вмешался Димка:
– Программа распознавания лиц. Нужно по фото установить личность какого-то козла.
– Ну почему сразу козла… – остановила его Надежда. – С виду он довольно приличный человек. Хотя на самом деле…
– Ну, или барана…
– Ладно, оставим на потом его биологические параметры. Давайте сюда ваше фото.
Надежда протянула Бобу распечатанную фотографию профессора-самозванца.
– А в электронном виде нельзя? – вздохнул Боб. – Ну ладно, что с вас возьмешь…
– Пирог! – напомнила Надежда.
Боб вздохнул, нехотя выбрался из кресла, подошел к сканеру и вложил фотографию в его пасть. Прибор заглотил фото, и оно тут же появилось на одном из мониторов.
– Ну вот, дальше дело техники… – протянул Боб, снова усаживаясь в кресло.
Он несколько раз ткнул пальцами в клавиатуру, и экран ожил. На нем начали одно за другим появляться какие-то лица. Они появлялись на долю секунды, сверялись с лицом профессора, словно примеряя его маску, и тут же исчезали, чтобы смениться следующим.
Этот маскарад продолжался несколько долгих минут.
Наконец мелькание лиц прекратилось, на экране снова было лицо профессора. Правда, оно немного – почти неуловимо – изменилось. Чуть шире стали брови, немного смягчилась линия рта, поменялись прическа и цвет глаз…
Боб повернулся к Надежде:
– Ну, где ваш пирог?
– Э нет, сначала давай мне результаты!
– Результат – только после оплаты. А то в моей практике бывали случаи – работу выполнишь, а оплата…
– Слышали уже, слышали! Мы же с тобой не первый раз имеем дело. Я женщина честная, вот хоть Димку спроси. Давай уже, говори, кто это такой!
– Ладно, так и быть… перед вами Николай Иванович Расторгуев, одна тысяча девятьсот… ой, нет, что-то не то…
Портрет на экране снова замигал, примеряя новые маски. Так прошло примерно полминуты, и он снова принял прежний облик. Ну, или почти прежний.
– Странно… – протянул Боб. – Это не Расторгуев… так… одну секундочку… это Никита Владимирович Козловский… год рождения, правда, совпадает…
Тут экран снова замигал, замелькали новые лица.
Прошла минута – и опять на экране было прежнее лицо. С незначительными изменениями.
На этот раз Боб не стал ничего говорить.
Он ждал.
Прошло несколько минут – но лицо больше не менялось.
