После того как я застала их вдвоем, вот просто пришла пораньше с учебы (да, кстати, Вера выполнила свое обещание, и теперь я обучаюсь у одного известного мастера-стилиста) на целых полтора часа, открыла дверь своими ключами и увидела эту парочку на диване в гостиной, Вера почувствовала себя, конечно, предательницей и обманщицей. Герман сразу сбежал, а я, чтобы предупредить поток ее извинений и, главное, не поссориться с ней и не потерять бесплатную крышу над головой и возможность учиться, постаралась успокоить ее и сказала, что нисколько на нее не сержусь. Что любовь, мол, это такое дело, никто не виноват в том, что кто-то выбрал другого. В нашем случае – другую. Ну влюбились эти двое, прекрасно! Наслаждайтесь, стройте свою жизнь, только меня не гоните. Вот такое было мое желание. И, что самое удивительное, я же на самом деле не злилась на нее. Даже представила себе, как они сблизились с этим прохвостом.
Но для начала я должна рассказать, как я узнала, кто такой Герман. Я просто пришла как-то вечером одна в тот самый клуб, поговорила с барменом, сказала, что ищу Германа, что он исчез, может с ним случилось что. Но на самом деле просто хотела узнать о нем хотя бы что-то помимо того, что он наплел нам с Верой в самом начале. Сказала бармену, не в меру, надо сказать, болтливому парню, что искала Германа в том доме, куда они нас с другом привезли, что подозреваю, что они напоили нас чем-то, описала девчонок…
Короче, наплела с три короба, но много и узнала. Оказывается, Герман не имеет к той шикарной квартире никакого отношения. Вот так я узнала про двух сестер, Марину и Катю И., прожигающих свои жизни в клубах и заливающих свою скуку алкоголем. Узнала, что их родители проживают за городом, что отец какая-то крупная шишка в Москве, что денег в семье немерено, вот девчонки и развлекаются. А Герман вовсю пользуется своей внешностью, пристраивается к таким вот «маринам» и «катям». Но между ними, видать, произошел какой-то конфликт, поговаривают, что Герман что-то там у девчонок украл, и ему, что называется, отказали от дома. И теперь он ищет, к кому прибиться. Что сам он проживает в общежитии, весь в долгах, и ему просто необходимо найти очередной финансовый источник. Вот почему, узнав все это и застав Веру с этим альфонсом, я вообще поблагодарила Бога за то, что он уберег меня от этой связи.
Вера плакала, рассказывая мне о своей любви к Герману. Просила прощения, что не сразу призналась в том, что они вместе. Рассказывала о своих страхах перед беременностью, поскольку в первый раз не предохранялась, что у нее в тот момент, когда Герман первый раз поцеловал ее, просто мозг отказал. И что она не подозревала, что такое с ней вообще может случиться.
– Я попала от него в зависимость, понимаешь? Это как болезнь. Ничего не могу с собой поделать. Мне хочется только одного – чтобы он всегда был рядом. Вот все понимаю, да и раньше еще догадалась, что у него нет ни денег, ни своего жилья… Все-таки я надеюсь, что он любит меня, и знаешь почему?
– Интересно, почему?
– Да потому что я – племянница состоятельной тети, и у меня у самой денег нет. Я хочу сказать, что в Москве есть по-настоящему богатые женщины, которые не просто могут сводить парня в ресторан или купить ему ботинки или джинсы, они могут подарить ему машину, квартиру… Вот поэтому я думаю, что он испытывает ко мне, в сущности к бедной сироте, настоящие чувства. И если это так, то, если он предложит мне выйти за него, я соглашусь не раздумывая.
И тут я, с трудом скрывая усмешку и поражаясь наивности своей подруги, напомнила ей о том, какого мнения о мужчинах придерживается сама тетка Елена.
– Не ты ли говорила мне, что твоя Елена постоянно твердит, что от мужиков только один вред и проблемы? Разве ты не понимаешь, что у нее глаз-алмаз, а твой Герман – это одна сплошная, просто-таки огромная, проблема?! Да ей стоит только взглянуть на него и задать пару вопросов, как сразу станет все ясно. И тогда она не только его выбросит за борт, но и тебя, дурищу, с ним заодно! Ты не боишься потерять ее расположение?
– Да, ты права, безусловно, думаешь, я не понимаю это? Но и ты кое-что забыла. Что бы ни говорила моя тетка, но сейчас-то она влюблена! А потому кому как не ей понять меня? Я влюблена, она влюблена. Мы обе – влюбленные женщины.
– Но не дуры же совсем! – воскликнула я в сердцах, рискуя оказаться самой из-за этих откровенных высказываний на улице. – Ты пойми, она имеет право ошибаться, у нее в отличие от тебя все есть. И если окажется, что сосед, с которым у нее шуры-муры, ей не подходит, разочарует ее, так что ж с того? Бросит она его и будет жить себе дальше, только в теплом доме или здесь, в квартире. Будет так же за завтраком кушать бутерброд с икрой…
– Какое у тебя жлобское понятие о богатстве и благополучии! – сверкнув злобно глазами, прошипела Вера. – Главное – икра, да? Да моя тетка не очень-то и любит икру.
– Вера, считай, что я тебе ничего не говорила…
Я, что называется, поджала хвост. И даже вышла из комнаты, чтобы положить конец разговору.
