– Из-за этой суматохи и навалившихся дел я забыл поинтересоваться твоими успехами.
– Мне очень понравилось ездить верхом. Мне подобрали замечательного коня, покладистого, не норовистого, умного. Кстати, в этом мне помог… как же его… не помню. Старший сын Жюли!
– Люк.
– Ах да, Люк.
– До меня дошли слухи, что поначалу для тебя оседлали Мати. Это правда?
– Ах, эта злобная лошадь испугала меня, испортила перчатки и попыталась укусить.
– Это самое малое, чем она могла тебе навредить.
– Неужели? Вот ужас!
– Почему ты не рассказала мне об этом?
– Да ну, зачем? Ты ведь так занят делами, а эта история уже в прошлом. К тому же все обошлось и у меня теперь есть замечательный конь, с которым у нас сложились вполне доверительные отношения.
Мишель удивился и восхитился Моник. Он привык, чтобы дамы бежали к нему за помощью по любому пустяку, ища защиты. Эта же девушка не стала лишний раз отвлекать его от дел и не пожаловалась, хотя подверглась серьезной угрозе. Он подошел к Моник, поцеловал ее, прижал к себе и произнес:
– Моя милая, как я рад, что ты у меня есть!
Девушка нежно коснулась его лица, улыбнулась своей чарующей улыбкой и смущенно опустила черные густые ресницы.
В тот вечер Жак провел много времени в кабинете у герцога. Неизвестно, что именно говорил ему Мишель, но речь явно шла об инциденте, имевшем место на конюшне в его отсутствие. Вышел Жак от хозяина весь бледный, пошатываясь, с красными, налитыми кровью глазами.
Моник же с нетерпением ждала герцога у себя в спальне, прихорашиваясь перед зеркалом и улыбаясь своему отражению. Она четко все рассчитала, хитро придумав донести Мишелю эту тревожащую ее историю об очередной пакости Жака с помощью третьего лица. Так она не выглядела ябедой, а герцог отнесся к проступку управляющего более серьезно. Понимая, что подобное разоблачение должен произвести кто-то из доверенных лиц хозяина, Моник не нашла более подходящей кандидатуры, чем Люк. К тому же старший брат Алена был расположен к ней, но главное, был также заинтересован в смене управляющего, ведь этот склочный старик давно уже усложнял жизнь не только ему, но и его матери, а также многим другим порядочным слугам.
Моник встала, прошлась по комнате, надела красивую пижаму и вновь уселась за туалетный столик. Расчесывая волосы, девушка взглянула на часы: она с нетерпением ждала ночного гостя.
И как всегда, после долгого трудового дня Мишель пришел к ней. Он положил утомленную голову ей на колени. Моник шептала ему опьяняющие ласковые слова. Она перебирала пальцами его короткие густые волосы, поглаживала крепкие плечи и нежно улыбалась. Эта улыбка всякий раз околдовывала герцога, даровала ему умиротворение и уносила в другой мир, мир беззаботного веселья, горячей страсти и безграничной искренней любви.
Каждый вечер молодые люди неизменно делились впечатлениями от прошедшего дня. Эти долгие беседы сближали их не меньше, чем страстные, сладостные ночи.
Вот уже несколько дней Моник чувствовала необыкновенный прилив сил и заряжала своим хорошим настроением всех обитателей дома. Мишель решил, что пришло время навестить любимую тетушку, которую он вынужден был огорчить, неожиданно перенеся их встречу. Ему хотелось познакомить Моник с этой немолодой женщиной, мнение которой было так важно для него. Тетушка понимала Мишеля как никто другой; она была ему не просто родственницей, а по-настоящему близким человеком.
