Она ушла, и Макаров снова остался наедине со своими тревожными мыслями. Вот и еще один поджог вдобавок ко всем прочим неприятностям. Если верить Рюмину, на этот раз более крупный. Нет, все это не может быть простым совпадением.
От телефонного разговора с Феоктистычем и плохих новостей он как-то сильно устал. Откинулся на подушки, прикрыл глаза, борясь с желанием провалиться в очередной спасительный сон. Нет, нужно сделать что-то еще. Что-то важное, что он собирался. Что же это? Ах да. Звонок Гордееву.
Он набрал номер заместителя. Гудки через ухо ввинчивались в черепную коробку, усиливая головную боль. Гудков было много, не меньше десяти, но потом Гордеев все-таки взял трубку.
– Да, Дим. Привет. Ты как? Получше?
– А ты думаешь, я звоню зачитать тебе бюллетень о своем самочувствии? – осведомился Макаров, чувствуя, что снова начинает закипать.
– Ясно. О пожаре уже знаешь.
– Разумеется, знаю. Я болен, но не умер. Ты уже доехал?
– Да. Не сразу ответил, потому что с пожарными разговаривал.
– Откуда ехал?
Гордеев помолчал, видимо, пытаясь понять, чем вызван такой странный вопрос. Вообще-то не в привычке Макарова было интересоваться его местонахождением.
– От адвоката. От Волиной. А что, это имеет значение?
– Никакого, – слукавил Макаров. – Давай о деле.
– Дима, я, конечно, отлучаюсь по личным делам, но вообще-то про работу не забываю. Если ты готов выслушать отчет, то могу доложить.
– Доложишь, когда я попрошу. И я тебя ни в чем не обвиняю. С пожаром что?
– Потушили. Кладка кирпичная закоптилась, но особо не пострадала. В этот раз подожгли сразу в нескольких местах, разложив внутри комнат промасленную ветошь. То есть готовились основательно.
– И что, сторож никого подозрительного не заметил? Этот, как его? Николай Иванович, кажется.
Макаров славился тем, что легко запоминал имена-отчества даже самых незначительных сотрудников.
– Николай Иванович сегодня сосредоточен и задумчив, как описавшийся пудель.
Иногда Гордеев выдавал весьма образные метафоры.
– Почему? Кого-то видел? Или что-то знает?
– Говорит, что никого не видел. Мол, за полчаса до возгорания обошел объект по периметру. Но особо не приглядывался, потому что был уверен, что территория простреливается камерами видеонаблюдения.
– Так их же еще не подключили. Мне Феоктистыч сказал. Головотяпство, конечно. Раз уж установили систему, так трудно было ее сразу на пульт завести?
– Это не ко мне вопрос. К Феоктистычу. – Ну да. Эти двое не любят друг друга. – Но сторож был уверен, что камеры уже работают. Дим, мне показалось, что он хотел еще что-то сказать. И вообще с ним что-то не так.
– Так ты бы выяснил, что именно.
– Обязательно. Но позже. Сейчас на площадке гордо реет буревестник, черной молнии подобный. А этот самый Николай Иванович – его подчиненный.
Буревестник – это, значится, Рюмин. А что, кстати, похож.
– Ладно, со сторожем пусть начальник службы охраны разбирается. Чего он видел. Чего не видел. Почему на камеры рассчитывал. Саша, проследи, чтобы максимум завтра все работало. Я постараюсь за следующий день отлежаться и послезавтра выйти на работу. А то вы там без меня фирму под откос пустите.
– Под откос вряд ли. Но что-то не ладно в королевстве датском, Дима, – неожиданно поделился Гордеев.
Опаньки, а это еще что за совпадение с его собственными мыслями?
– Что именно не ладно? – уточнил Макаров еще больше охрипшим голосом.
– Не знаю. Но девочки шушукаются, что «Турмалину» светят большие неприятности.
– Какие именно девочки? Бухгалтерия или юристы? – деловито спросил Макаров.
– Юристы. Мол, грядут большие разборки. И фирме мало не покажется.
Да, это, пожалуй, уже интересно. Женская часть коллектива всегда была определенным мерилом настроений. Если одновременно с реальными неприятностями, пусть и туманными, начинаются панические настроения, значит, кто-то сеет их осознанно. Что ж, тот, кто сеет ветер, как известно, пожнет бурю.
– Разберемся, – сказал Макаров. – Саша, ты там продержись еще день-два без меня. Ладно?
Жуткие морозы, стоявшие всю первую половину января, наконец спали. В минус пять прогуляться было даже приятно, поэтому на встречу с Игорем Максимовым Женя отправилась пешком, тем более что жил он всего в двух кварталах от ее офиса. Дойти быстрее, чем доехать, да и парковку искать не хочется.
Дом был новым, элитным, построенным пару лет назад. Квартиры здесь, в самом центре города, стоили баснословных денег. Тендер на земельный участок, на котором поместились три компактных четырехэтажных дома со своей огороженной территорией и шлагбаумом на въезде, выиграла фирма «ВолГА». Свекор и муж реализованным проектом, а точнее, полученной от него прибылью гордились. То есть бывший свекор и бывший муж, конечно.
