- Сэм? – позвал Ник. – Почему бы тебе не пойти поесть?
- Ему нравится меня кормить, - прошептала она Гонзо.
- Ничего в этом плохого нет.
Полчаса спустя, когда все насытились, Сэм позвала коллег в гостиную:
- Давайте вернемся к работе.
- Прежде чем приступим, - Фредди поднял бутылку колы и отсалютовал Сэм, - тост в честь моего напарника будущего лейтенанта Холланд.
Пока будущий лейтенант Холланд сверлила его взглядом, рисуя картины медленной красочной смерти, комната огласилась аплодисментами и свистом. Сэм оглянулась на отца: тот смотрел на нее сияющим от волнения взглядом.
Он кивнул одобрительно и с удовольствием – большим удовольствием, чем она видела на его лице последние два года.
- Ладно, - сказала Сэм, прерывая веселье, прежде чем парни забыли, что работают над убийством. – Спасибо за еду, поздравления и помощь. Я признательна за все. Перед тем как мы продолжим, мне нужно спросить: никто не возражает, что Ник здесь присутствует? Он очень помогал нам в расследовании…
- Оказывал неоценимую помощь, - добавил Фредди.
Сэм благодарно улыбнулась напарнику.
- Если кому-нибудь неудобно….
- Для меня нет проблем, - сказал Гонзо.
Другие выразили согласие нестройным хором.
Сэм облегченно выдохнула, осознав, что задержала дыхание, и повернулась к Фредди:
- В таком случае, Круз, давай послушаем, что ты нашел в Чикаго.
- Пожалуйста, босс.
Глава 26
- Как ты и попросила, я еще покопался в подружках, - заявил Фредди, сверяясь с блокнотом. – Татуировок или необычного пирсинга у Тары Давенпорт нет. Люди, с которыми она была в ночь убийства, подтвердили ее историю, а записи видеокамеры показали, что Тара появилась домой в 10.18 и вышла утром в 9.33. Здоровый мускулистый амбал, Джимми Чен, с которым у Элин Сведсен было свидание, подтвердил, что они ужинали вместе и на пару часов заскочили в танцевальный клуб. Чен подвез ее домой после двух. Дом охраняется минимально, видеокамеры отсутствуют, поэтому у меня нет подтверждения, что она провела дома остаток ночи. У нее татуировка на левой груди – сердце, пронзенное стрелой – и в сосках пирсинг.
- Даже знать не хочу, как ты это обнаружил, - заявила Сэм, сопровождаемая смешками других детективов.
- Уж точно не тем способом, который бы предпочел.
- Давай, Круз! – разразился хохотом детектив Арнолд.
- О, наш мальчик растет, - сказал Гонзо, смахивая притворные слезы.
- Подавись, Гонзо.
В отличие от коллег, Сэм подавила желание засмеяться.
- Так, что еще?
- Ты мне не говорила, - продолжил Фредди, - но я покопал поглубже Натали Джордан. Ее девичья фамилия Сент-Клер, случайно обнаружил. Выяснилось, что в колледже, пятнадцать лет назад, наша девочка Натали потеряла бойфренда при подозрительных обстоятельствах в пожаре на Мауи.
- Неужели?
Как только кусочки стали вставать на место, кровь вскипела в жилах Сэм. Правильно ли кусочки складываются, она скоро выяснит.
- Они с сенатором расстались за несколько лет до того, как он был убит, - заметил Скип. – Вряд ли есть связь.
- Верно, - согласилась Сэм. – Посвяти-ка нас в подробности пожара, Круз.
- Брэд Фостер, двадцать один год, погиб в подозрительном пожаре во время двухнедельных каникул на Мауи, которые проводил с Натали Сент-Клер.
- Две недели на Мауи для парочки детишек из колледжа? – присвистнул Гонзо.
- Очевидно, у семьи Фостера куча денег. У родителей был пляжный домик. Из отчетов, которые я нашел в газетах, следует, что Натали вышла на утреннюю прогулку, пока отсутствовала, дом загорелся. Полиция подозревала поджог, но доказать не могла. У Натали было шаткое алиби. Они к ней присматривались, но так и не смогли ни в чем обвинить.
- Хорошая работа, Круз, - похвалила Сэм. – Завтра мы поговорим с миссис Джордан еще раз.
- Следует добавить, что я не нашел нераскрытых случаев членовредительства в Дистрикте, Вирджинии или Мэриленде, - сообщил Фредди. – Могу расширить поиск, если ты думаешь, что это стоит того.
- Отложи пока. Гонзо, что у тебя по коттеджу О’Коннора?
- Ничего, кроме нескольких дополнительных улик по ребенку, Томасу, - открытки, письма, рисунки, когда он был поменьше, – но вы уже все добыли.
- Что по закону об иммиграции, папа?
Скип изложил тонкости закона.
- Много страстей с обеих сторон этого творения. Там есть те, кто чувствует, что держать открытыми наши границы для нуждающихся людей – это то, для чего предназначена страна – «дай мне твой усталый, бедный, собравшийся народ…» - Когда он встретил пустые взгляды, добавил: - Эмма Лазарус? Поэма, которую выгравировали на Статуе Свободы? Вы что, в школу не ходили? – Закатив глаза, продолжил: - Другая сторона утверждает, что иммигранты истощают систему, что благотворительность должна начинаться со своего дома, а мы не можем толком позаботиться о людях, которые уже здесь живут.
- Убийство сенатора похоронило бы закон? – спросила Ника Сэм.
