- Вам лучше войти в дом, - сказал Ланс. - Тогда вы все нам и расскажете. Мы думали, что вы в Хессенфилде. Должен вам сказать, мы очень беспокоились из-за того, как обернулись дела. Давайте сведем ваших лошадей на конюшню. - Он шел рядом со мной. - Я удивлен, что ваш дядя позволил вам уехать из Хессенфилда.
- Надо многое рассказать вам, Ланс. Дядя Карл здесь?
- Он будет сегодня вечером. У него полно дел. С тех пор, как мы расстались, кое-что произошло.
- Я знаю.
Дикон все это время молчал. Я догадалась, что он не знает, как ему теперь поступить, после того как он благополучно доставил меня и сдал на попечение Ланса Клаверинга. Наверно, он прикидывал, разумно ли будет покинуть нас немедленно.
- Вы приехали одни? - спросил Ланс. - Только вдвоем?
- Ну.., мы путешествовали с попутчиками, - уклончиво ответила я.
Ланс взглянул в сторону Дикона:
- Надеюсь, прогулка была неплохая.
- Да, благодарю, - сказал Дикон. - Все благополучно.
- Вы, вероятно, утомились. Вам дадут еды и постель на ночь. Думаю, вы хотите вернуться в Хессенфилд как можно раньше.
- Я должен вернуться, - ответил Дикон.
- С вами ничего не случится. Мы выгнали этих проклятых шотландцев. Какая наглость! Представляете, они дошли до Престона. Теперь они по ту сторону границы - те, которые успели.
Я увидела, как Дикон поморщился.
- Безнадежно! - продолжал Ланс. - Не могу понять, о чем они думали. Что же случилось, Кларисса? Вам так захотелось домой?
- Пора было возвращаться. Ланс громко рассмеялся.
- Это решительная молодая леди! - сказал он Дикону. - Думаю, в Хессенфилде это заметили!
Дикон кивнул.
Когда мы вошли в дом, Лаура Гарстон, жена мэра, тепло встретила нас, выразив свое удивление при виде меня.
- Молодые люди совсем выбились из сил, - сказал Ланс. - Кларисса потом все нам расскажет. А пока им надо помыться, поесть и отдохнуть. Это Джек Торли, молодой человек из Хессенфилда.
Ланс сразу отметил благородство манер Дикона. Сначала он принял его за грума, но уже спустя несколько секунд, будучи светским человеком, стал относиться к Дикону как к равному. Я была благодарна ему за это, и несмотря на то, что я беспокоилась о Диконе, для меня было огромным удовольствием опять находиться в веселом обществе Ланса.
В доме нам приготовили комнаты, и мы смыли с себя дорожную грязь.
Как только мы справились с этим нам подали обед, во время которого я и Дикон имели возможность обменяться несколькими словами.
- Я не могу здесь остаться, - сказал он. - Мне надо ехать.
- Мы еще увидимся?
- Обязательно. Мы не можем не увидеться. Я что-нибудь придумаю.
- Они отошлют меня домой. Нас будут разделять мили.
- Я сказал тебе, что найду способ. Если я останусь здесь.., если они узнают, кто я...
- Да, да. Ты здесь в такой же опасности, в какой я была в Хессенфилде. Эти глупые, глупые люди! Я так сердита на них.
- Сейчас не время для гнева. Я немедленно должен уехать.
- Да, я понимаю. Когда дядя вернется, когда начнут задавать вопросы...
- Тогда они не будут столь дружелюбны ко мне. О, Кларисса, почему ты должна быть с ними? Ты же наша.
- Я принадлежу сама себе и держусь в стороне от этих дурацких свар. Мне все равно, за кого ты - за Георга или за Якова. Ты знаешь это.
- Я люблю тебя, - сказал Дикон.
- Я люблю тебя, - ответила я. Мы улыбнулись друг другу.
- Эти дни в мансарде... Я никогда не забуду их, - сказал он.
- Я тоже. Я бы хотела вернуться туда. Хотела бы быть еще в пути, очутиться на галерее "Ночлег на одну ночь".
- О, Кларисса, Кларисса... - повторял он мое имя, заставляя меня трепетать. - Я вернусь за тобой. Что бы ни случилось, клянусь, я приду.
- Да, знаю. А теперь ты должен ехать, Дикон. Ты очень рискуешь, и чем дольше ты здесь, тем опаснее это для тебя. Я буду думать о тебе, пока ты будешь в пути и вернешься домой... Ты поедешь в Шотландию? О, Дикон, не надо! Пусть они ведут свои глупые войны, если это им нужно, но ты.., только не ты... Давай подумаем, как нам соединиться!
- Когда все кончится, и истинный король будет на троне я приеду за тобой и буду просить твоей руки. Я увезу тебя к себе.., и мы заживем счастливо.
Мы посидели молча, держась за руки. Потом Дикон поднялся и сказал:
- Теперь я пойду к нашей хозяйке. Я скажу ей, что должен уехать рано утром. Так лучше. Когда я уеду, ты можешь сказать им правду о том, кто я... Так будет проще.
Я потерянно кивнула.
Эту печальную ночь мы провели каждый в своей комнате. Он делил комнату с одним из старших слуг, потому что других не было. У меня была своя маленькая комнатка. Я лежала, думая о нем и знала, наверняка, что и он думал обо мне.
На рассвете я спустилась в конюшню. Мы бросились друг к другу и несколько мгновений стояли, не в силах разжать объятия. Его последние слова были:
- Я вернусь. Помни об этом. Я вернусь за тобой, Кларисса!
Я стояла и смотрела, как он удалялся в свете раннего утра.
***
Надо было очень многое объяснить, и когда дядя Карл и Ланс услышали мою историю, они пришли в ужас.
- Как лорду Хессенфилду пришло в голову отправить тебя таким образом! воскликнул дядя Карл.
