"Давид" снялся с якоря с утренним приливом. Так как Ред снова был занят с императором, Джулия в одиночестве стояла у поручня, глядя на удаляющийся остров Святой Елены. Погруженная в свои мысли, она не заметила приблизившегося к ней человека, пока он не заговорил:
- Тоскливая местность, - произнес граф де Бальмен. - Думаю, что, пробыв здесь несколько дней, вы, так же как и я, несказанно рады, что больше не вернетесь сюда.
- Вы! - невольно вырвалось у нее.
- Именно так. Я ведь говорил вам, что намереваюсь отправиться в Рио, не правда ли?
- Я и не предполагала, что вы это всерьез, - откровенно призналась Джулия.
- Должен сказать, и для меня самого это было несколько неожиданно. - Он направил окуляр подзорной трубы на Лонгвуд. - Насколько я понимаю, вчера днем вас принимал император, - продолжал граф.
- Да, это так.
- Как я завидую вам, - сказал он, с треском складывая трубу.
- Возможно, по возвращении вам представится такая возможность. - Джулия поправила соломенную шляпку так, чтобы она закрывала ее лицо.
- А вернусь ли я? Сомневаюсь. На мой взгляд, на острове не осталось ничего достойного внимания.
Его загадочный тон встревожил Джулию. Она резко повернула голову.
- То есть?
- Я имею в виду, что там нет вас, - ответил он с улыбкой.
Последнее показалось ей недостаточно убедительным, тем не менее Джулия сказала:
- Невежливо обращаться так с замужней женщиной. В любом случае, мне казалось, вы сочли достойной интереса падчерицу леди Лоу.
- Вы весьма наблюдательны, - заметил он, прищурившись, - а также, несомненно, умны.
- И совершенно невосприимчива к лести, - со смехом ответила она.
Несмотря на эту милейшую болтовню, чувствовалась напряженность, и у Джулии не было ни малейшего желания продолжать. При первой же возможности она поспешила в свою каюту. Вопреки ее ожиданиям, граф Александр де Бальмен ничем не выдал своей осведомленности на протяжении восемнадцати сотен миль пути к берегам Южной Америки.
Последующие несколько дней Джулия скрупулезно подгоняла одежду Робо на императора. Панталоны требовалось ушить в талии и сделать значительно длиннее. Это оказалось нетрудно, поскольку еще в Лондоне предусмотрительно приглашенный портной заранее подготовил все необходимое. И все же ей пришлось повозиться, так как Наполеон был недостаточно терпелив для роли манекена, а Ред далеко не так искусен в роли мальчика, снимающего мерки.
Как только с этим было покончено, судно попало в полосу плохой погоды. Порывы дождя и ветра следовали один за другим, и впервые в жизни Джулия пала жертвой морской болезни. Она почти не могла есть, стала невероятно чувствительна к запахам, а нервы ее совершенно расшатались. Ей было ненавистно бесконечное движение фрегата вверх-вниз по волнам и казалось, что путешествию не будет конца. Все это усугублялось еще и перспективой того, что по приезде в Рио им сразу же предстоит повернуть назад и проделать долгий морской путь обратно в Европу.
Ред был очень предупредителен с ней в эти дни, однако не вполне понимал, что ей нужен покой. Ей были противны и вода с уксусом, и бульон, и кофе, и чай, и шоколад.
- Пожалуйста, - просила она, сглатывая желчь, стоявшую в горле. - Я ничего не хочу.
- Но нужно же что-то поесть, иначе вы умрете с голоду. Я принесу вам бульон с сухарями и посижу рядом, пока вы съедите хоть немного.
- Я выброшусь за борт, - предупредила Джулия, - или брошу сухарь вам в голову!
- Хорошо. - В голосе его прозвучало что-то подозрительно похожее на смех. - Стакан лимонада?
- Не могу, - ответила она содрогаясь.
- Сможете, если будете пить маленькими глотками!
- Ну хорошо, - произнесла она со вздохом. - Но если мне станет хуже, имейте в виду, я предупреждала.
Ред присел на край койки, пристально глядя на нее.
- Джулия, - медленно произнес он, - вы уверены, что дело в морской болезни?
- Что вы хотите сказать?
- Вы уверены, что вас не беспокоит утренняя тошнота?
- Почему вы спрашиваете об этом? - Она постаралась придать голосу беспечность.
- Я заметил маленькие перемены в вашем теле. Вы, должно быть, тоже их заметили.
- Если да, хотя я этого не утверждаю, - быстро сказала она, - какое вам до этого дело?
Ред медлил с ответом, и она подняла голову. По его лицу пробежала легкая тень, невидящим взглядом он уставился на свои руки, плотно сжав губы.
- Что значит какое дело? Весьма странный способ выражаться.
- У нас вообще странный брак.
Тень усмешки тронула его губы, но он не ответил. Джулия отвернулась.
- Выходит, я права. Ребенок не входит в ваши планы.
- Не правда. Было бы крайне глупо не предвидеть такой возможности. Ребенок - вполне естественное следствие того рода деятельности, которому мы предавались последние недели.
- Но мысль об отцовстве вас не радует. Почему?
- Я объясню, если вы честно ответите на мой вопрос. А сами вы будете счастливы?
