Армия герцога выступила на запад, где должна была встретиться с французами, миновав Понт-Одемер на Риле и реку Ко у Пон-Левека. По пути к герцогу присоединилось подкрепление, ведомое баронами из отдаленных областей. Разведчики Вильгельма приносили сообщения о продвижении армии французского короля. Тот во главе своих рекрутов уже перешел границу у Берне и направился к Йесму через Эшафор, миновал Оже, чтобы встретиться с герцогом в Волмери, лежащем на расстоянии лиги к югу от Аржанса и еще ближе — к лагерю мятежников на равнине Валь-Дюн.
Вильгельм перешел вброд реку Меанс у Беранже, на север от Валь-Дюн. Каждый барон в его армии имел при себе хоругвеносца. Знамена и флажки рыцарей колыхались на легком ветерке, и это была весьма богатая, разноцветная палитра красок. Во главе войска, над головой герцога, развевались знамена с золотыми львами. Бедняки толпились у Аржанса, чтобы увидеть, как проедут войска. Люди с открытыми ртами и округлившимися от удивления глазами подталкивали друг друга и шептали:
— Вот скачет герцог. Да вон тот, на черном жеребце. Иисусе! Он выглядит старше, чем есть на самом деле!
Послышался звонкий девичий голос:
— Бог в помощь, ваша милость! Смерть врагам!
Послышались оживленные крики:
— Бог в помощь! Бог в помощь!
Герцог, глядя прямо перед собой, проскакал мимо.
В Вальмери на рассвете французы отслужили мессу и вышли на равнину Валь-Дюн, где вдоль берега Меанса растянулась армия мятежников. Войска герцога ехали по плоскогорью у Аржанса и видели у своих ног эту пологую равнину, лишенную холмов, низин и деревьев, слегка наклонную к востоку в своей выметенной ветром наготе.
— Неплохое место для битвы, — заметил граф Роберт, скача чуть впереди Вильгельма. — Клянусь телом Христовым, Нель хорошо его выбрал.
Взглянув на блестевшую серебром реку, Рауль подумал: «Вода окрасится кровью, и мертвецы поплывут вниз по течению. Кому из нас суждено проснуться утром?»
Было очевидно, что подобные дурные предчувствия не тревожили герцога. Он пустил коня в галоп, будто желая побыстрее очутиться на поле боя. Версерей устремился за ним, и знамя, которое держал в руках Рауль, развернулось, явив взглядам всех золотых львов на кроваво-красном фоне.
Король Франции в красной мантии поверх кольчуги выехал из рядов своих войск в сопровождении одного из вельмож, чтобы встретить Вильгельма.
«Как все красно сегодня, — подумал Рауль, — и будь на то воля Божья, станет еще краснее».
Версерей нетерпеливо переступал копытами и покусывал поводья, ветер играл шелковыми знаменами, которые отбрасывали трепещущие тени на траву под ногами. Рауль смотрел на армию мятежников, выстроившуюся неподалеку в боевом порядке. Там тоже развевались знамена, тоже на копьях играли солнечные блики… Безмятежная равнина простиралась насколько хватало взгляда, а воды Меанса пели свою вечную песню. Внезапно Рауль понял, что не желает, чтобы это спокойствие нарушилось, и мысленно в одно мгновение представил вздыбленную землю под копытами скакунов, окровавленных мертвецов на речном берегу, расслышал сквозь птичий щебет звон мечей, предсмертные стоны и шум битвы. Юноша встряхнулся, как бы отгоняя наваждение и понимая, что подобные фантазии пристали разве что женщине, а мужчина рожден для того, чтобы сражаться. Он взглянул на герцога, сидящего прямо в седле и повернувшего голову к королю.
Генрих кивком головы показал на группу людей, очевидно, знати, которая держалась особняком и от мятежников, и от армии герцога.
— Ты знаешь их, кузен? — спросил Генрих. — Они прискакали незадолго до твоего появления. На чьей стороне, как ты считаешь, они будут сражаться?
Вильгельм заслонил рукой глаза от солнца и взглянул на развернувшуюся под ветром хоругвь.
— На моей стороне, сир, — ответил он. — На хоругви герб Рауля Тессона, лорда Туриан-Сангели, а с ним мы не ссорились, и у него нет причин выступать против меня.
В маленькой группе произошло какое-то движение, вперед выехал человек и легким галопом поскакал в сторону войск герцога.
— Это Рауль Тессон, — пояснил Вильгельм, все еще держа ладонь козырьком.
Герцог пришпорил Мейлета и поехал навстречу одинокому всаднику. Нахмурившись, он наблюдал за приближением Тессона.
Тот подъехал с криком «Тури!», который разнесся над равниной. Мантия развевалась за ним, в его правой руке была сжата перчатка. Он на полном скаку остановил жеребца.
— Приветствую тебя, герцог Нормандии! — выкрикнул всадник, но трудно было сказать, шутил он или нет. Его блестящие глаза встретились с глазами Вильгельма.
— Что тебе нужно, Тессон? — спокойно спросил герцог.
Лорд Сангели подъехал ближе. Вильгельм не двинулся ни на шаг, но взволнованный Рауль взял меч на изготовку.
— А вот что! — И лорд ударил герцога по щеке перчаткой. — Сделано! — Он грубо и громко захохотал, натянув поводья.
Люди за спиной герцога угрожающе заволновались, переговариваясь, и подались вперед, приготовив копья. Герцог поднял руку, чтобы успокоить возмущение. Его взгляд был прикован к лицу Тессона.
Тот безразлично глянул на разъяренных баронов и открыто улыбнулся Вильгельму.
