- А как бы... иначе ты выбрался из этой... переделки? - Сесилия нарочито медленно достает из-под края темного свитера полог белой сорочки и отрывает полосу по краю. Потом расстегивает штаны и без всякого смущения спускает их. Патрик не может не отметить, что несмотря на пулевую рану и потеки крови бедра у нее симпатичные. - Или Джаст или Деккер... тебя бы достали. Пришлось поработать... чтобы ты проскользнул между ними.
Пистолет Патрик держит наготове, нацеленным в грудь женщины. Руки вратаря спокойно выдерживают его тяжесть.
- В чем конечная цель? - интересуется он. Сесилия садится прямо на пол, перевязывая рану. Ей приходится помогать себе зубами, чтобы как следует затянуть повязку. Патрик едва сдерживается - ужасно хочется помочь даме.
- Конечная цель, - произносит она пыхтя над узлом, - разбудить тебя... Дать возможность самому выбрать... между братьями. Останься ты такой как раньше... Таэбо получил бы свое... вообще не напрягаясь.
- Что получил? - спрашивает Патрик. - Это связанно с Кубком?
- Да... То, что в кубке, - Сесилия поднимается и быстро подтягивает штаны и заправляет в них обрывки сорочки. Каждый из братьев хочет заполучить это... Но силой они забрать ее не могут.
- А моя дочь? - Патрик слышит как замерла за спиной Дженни.
- Твоя дочь - второй вариант. Ее пришлось бы вернуть в СССР. Там дела идут похуже... но шанс тоже имеется. Как закончу здесь... ехать мне туда. К медведям и балалайкам.
- Я не отдам...
- Без нее. Успокойся ты...
- И как я должен выбирать? - Патрик невольно опускает оружие. Сессилия вздыхает:
- Как я уже сказала - сам. Это твой выбор.
- Чушь. Я даже не знаю, из чего выбирать.
- Скоро узнаешь. Поверь мне, тебе расскажут. Может даже и я буду седи рассказчиков. Эй, Дженни!
Девочка подходит к Патрику, тронув его за локоть.
- Готово, - шепчет она. Сесилия улыббавется.
- Меткие броски - это у тебя от папы? Ловко ты швырнула тот замок в Джаста.
- Мой папа - вратарь. Он не бросает, он ловит.
- Да? Неважно. Главное, съездив этой железкой по морде здоровяка, ты подарила отцу пару секунд, чтобы выстрелить.
- Выстрелить в тебя, - заметил Патрик. - А Джастифай ведь тоже на тебя бросился... Так что...
- Джаст бросился на тебя. Думал сломать хорошим ударом, а потом попытаться со мной договориться. К счастью, Джен как угрозу он не воспринимал. Зря. Стоит понимать, что сбежавшая из закрытой лаборатории кое-на что способна. Даже если ей помогли.
- Нам пора, - обрывает ее Патрик, - Ты не против?
- Идите. Выигрывай свой кубок и покончим уже с этим.
Они выходят из церкви, растворяясь в сырой темноте старого города. В одном из двров ждет взятый Патриком в аренду атоммбоиль. Когда они садяться и Жаклин, молчаливая и замкнутая, заводит мотор, Патрик спрашивает у дочери:
- Что она хотела сказать? Про "даже если ей помогли".
Дженни пожимает плечами:
- Я п-плохо помню, как убегала. Но, н-наверно, сама бы я не сп-правилась.
Патрик осмотрел возвышающееся впереди здание из потемневшего кирпича. Роза - круглое витражное окно в над парадным входом, похоже, было переделано в Новое время - теперь узор рамы вплетал в себя явную пентаграмму с четырьмя магическими символами по сторонам.
- Что-то я зачастил в церковь, - произнес он весело. - Уже третий раз за пару месяцев.
Джен хихикнула. Жаклин бросила на Руа неодобрительный взгляд. Они вошли внутрь, в душный сумрак, полный запахов благовоний и едкого дыма курильниц. Внутри не было ни бокороа, ни церковных - видимо, после утренней службы все уже разошлись. Патрик уверенно прошли к месту, где стоял алтарь Ибеджи.
В этот раз там был не крест, а две маленькие эбеновые фигурки - дети в остроконечных шапочках, сидящие на корточках. Перед ними стояли две одинаковых фарфоровых пиалы, в которых лежало по паре конфет. Патрик медленно снял с пальца перстень и положил в одну из пиал.
- Вот и все, - произнес Патрик. Жаклин удивленно посмотрела н него.
- Я пообещала себе больше не удивляться тому, что происходит с тобой. Пообещала не пытаться понять и тем более судить. Но все-таки - почему только одно подношение. Разве Ибджи е должны получать всего поровну?
- Не в этом случае. Я должен был выбрать. И я выбрал.
- Как ты их различил? - вмешалась Дженн. - Они же одинаковые!
- А вот и нет, - возразил Патрик. - У Деймиона рок-н-рольная прическа, а Козмо заядлый картежник.
Жаклин фыркнула, явно решив, что отец подшучивает над дочерью. Руа не стал ее разубеждать. Ни вышли из церкви и зашагали по улице, наслаждаясь весенним солнцем. Наконец, женщина не выдержала:
- Картежник или рокабилл? Кто сорвал джек-пот?
Руа посмотрел вверх, туда, где высасывало взгляд бездонно-голубое небо.
- А ты сама как думаешь?
- Я не думаю, - мотнула головой Жаклин. - Если я начну думать об этом, то стану такой же сумасшедшей, как и вы двое.
- Справедливо, - кивнул Патрик. - Суть в том, что оба брата пытаются спасти мир от уничтожения. Каждый по-своему. При этом Козмо желает видеть его таким, какой он есть сейчас, а Деймион настаивает на его преобразовании и превращении в нечто иное.
- И?
Патрик улыбается:
