Брат спал, я не стала его будить и решила разведать обстановку. Осторожно поднявшись по хлипким скрипучим ступеням, я открыла дверь и с удивлением обнаружила, что внутри дома уже довольно темно. Я радостно окрикнула Майкла, и он с недоверием поднялся из подвала.
– Странно, почему так темно? По времени у нас ещё примерно час до выхода, – сонно заметил брат.
– Да какая разница! Просто порадуйся вместе со мной хоть немного, у нас лишний час на дорогу, разве не здорово?
– Да, здорово, – ехидно ответил Майкл, хмуря брови.
Порой он становился невыносимым: начинал язвить, подолгу молчать, уходить куда-то, заставляя меня нервничать. Но я понимала – у него есть на то причины, поэтому никогда за это на него не злилась.
Я не стала обращать внимания на кислую мину брата и сейчас, и двинулась к входной двери. Как только открыла её, недоуменно уставилась на небо: оно было покрыто багрово-красными облаками, плавно переходящими в темно-фиолетовый – солнце ещё не село.
– Майкл? Что это значит?
Брат выглянул из-за моего плеча, а затем стремительно бросился к единственному окну в доме и одернул уже истлевшую занавеску, от чего та мигом рассыпалась.
– Чёрт! – выругался он.
Я приблизилась к Майклу и тут же воскликнула:
– Охренеть! Ещё чуть-чуть и этот гигант перекрыл бы нам доступ наружу до следующего утра уж точно. Да мы везунчики!
Обзор из окна полностью перекрывала темная поверхность ноги робота, который застыл в сантиметрах от дома, где мы прятались. Вот уж на самом деле повезло.
Осторожно, стараясь не шуметь, мы вышли на улицу и заглянули за угол, готовые в любой момент рвануть обратно в подвал.
Гигантская машина размером с пятиэтажный дом неподвижно стояла лицом к нам. Правой ногой она снесла соседний амбар, левая задела часть крыши дома. Робот застыл, опустив огромное лицо, маску без носа и рта, к земле. Он до дрожи в коленках напоминал гигантского человека: длинные руки и ноги, широкий торс, идеально ровная осанка – делали его похожим на мускулистого мужчину, только не живого, – металлического.
Эта модель, в отличие от тех, что встречались нам раньше, была цвета темного грозового неба, тело его будто покрывала тонкая сеть трещинок, отчего материал, из которого был сделан робот, походил на камень. Наверняка эта модель была создана, чтобы быть незаметной в горах, но здесь, на равнинной местности, маскировка его не особо работала, он слишком выделялся на фоне сочной зеленой листвы деревьев и яркой, пускай и выцветшей краски, которой были окрашены близлежащие дома.
Если честно, я вообще не понимаю, зачем этой огромной машине для убийств маскировка. Роботу не нужно скрываться, чтобы убить. Если он заметил тебя – считай, ты труп, никаких вариантов.
– Он что, сломан? – Майкл хотел приблизиться к застывшему роботу, но я вовремя ухватила его за капюшон толстовки.
– Не знаю, но я совсем не хочу это проверять. Идём отсюда и поскорее.
– В округе могут быть ещё, – напомнил Майкл.
Я оглянулась, но по близости были только безмолвные дома, редкие многоэтажки, которые роботы не проломили в поисках людей, пыльные улицы и кучи мусора.
– Никого нет. Солнце скоро скроется из виду, если повезёт, нам удастся выйти из города до темноты.
Странно сказать, но вид этого гиганта, который стоял так близко и не трогал нас, внушил мне надежду на то, что и остальные твари нас не тронут. Опасное в наше время чувство – надежда, въедливо вгрызалось в мысли, укрывая собой инстинкт самосохранения и здравый смысл. Гораздо более разумным решением было бы вернуться в дом, спрятаться в подвале и выжидать до последнего, пока за горизонтом не исчезнут окончательно огненные лучи заходящего солнца. Но, признаться честно, я боялась. Боялась находиться рядом с тварью, пропахшей дождём, дымом и кровью, пускай и под какой-никакой защитой. Убраться подальше, скрыться в лесу, всё что угодно, лишь бы не ощущать каждой клеточкой тела присутствие неминуемой смерти.
– Это же опасно! Ты сама говорила, что рисковать попусту не имеет смысла, – возразил Майкл. – Останемся внутри до захода солнца.
Он уже направился внутрь дома, но я схватила его за рукав потрепанной куртки и, внутренне подрагивая от страха, уверенно произнесла:
– Мы будем осторожны. Давай, у нас вряд ли ещё раз будет такой шанс.
Майкл недовольно сморщился, но всё же последовал за мной. Брат часто перечил мне, но в итоге всегда соглашался с моими предложениями. Иногда, когда Майкл был в хорошем настроении, он говорил, что именно благодаря мне мы ещё живы, сам он бы никогда не справился. Жаль, я сама в это никогда не верила – толку от меня было мало, так как особым умом я не отличаюсь, это Майкл всегда слыл гением в нашей деревне, а меня называли местной растяпой. Но если брат верит в меня, верит, что я смогу привести нас к безопасности, то я не могу его подвести, у меня нет на это права.
– Поднимемся на холм и оттуда осмотрим долину, а затем, если опасности нет, вдоль обрыва спустимся к реке, – предложила я, а Майкл тут же хмуро согласился:
– Как скажешь.
