– Да, государь, я так и запишу! А причину смерти царевичей укажу такую: от черной болезни! В тот год было какое-то поветрие и полегло два десятка людей. И моя дочь была унесена в мир покоя. Словом, твои племянники скончались от поветрия!
– Вот она, государственная мудрость! – просветлел лицом Берке-хан. – Якши, мой верный советник, не зря ты хозяин моей писчей юрты! Правда превыше всего! А теперь, перейдем к делам. – Великий хан, выпрямившись на больших, мягких подушках, вперил взгляд куда-то в глубину юрты и задумался.
– Дела, так дела! – прищурился Болху-Тучигэн. – Докладываю о неприятной истории. Вот уж полгода, как люди самого великого хана Мэнгу пропали без вести!
– Ну, Болху, это для меня не новость! – усмехнулся Берке-хан. – Я говорил баскакам Мэнгу, чтобы не ходили в Залесскую Орду: мы сами разберемся с урусами! Ан, нет – не послушались! Сначала им все сошло с рук, пока Сартак их поощрял. Они сумели переписать все Залесье коназа Алэсандэ. Убедились, что там немного народа, хотя нам не верили! Посчитали, что мы не платим подати Мэнгу-хану по причине своей хитрости! Еще мой царственный брат Бату доказал Каракоруму, что все наши доходы идут на свой улус – Золотую Орду. Как же мы будем держать в покорности урусов и окрестные степи, если у нас не будет серебра ни на войско, ни на государство! Мы теперь сами – великое ханство! Так пусть не лезут сюда со своими пожеланиями! Они, видите ли, пошли на Черныгы! А там, как мне говорили, глухие леса и бездонные болота. Вот потому они и завязли…Однако тебе удалось узнать, где теряются следы тех баскаков?
– Здесь можно только догадываться, – задумчиво пробормотал Болху. – Баскаки хана Мэнгу побывали сначала у коназа Черныгы Андрэ. Все было в порядке. Они переписали местный люд. И получилось то же самое, что у Алэсандэ, коназа Суждалэ. Едва нашли там людей…Наши люди говорили, чтобы они не ехали дальше. Но их главный баскак Нэгэчу сказал, что знает о каких-то там урусах и несметных богатствах. Урусы-де со своими коназами засели в лесах и не желают платить дань! Вот он и пошел со своим войском по лесной дороге, туда, до Брэнэ. А наши люди остались в Черныгы. Правда, коназ Андрэ дал им двух проводников…Они думали, что если у них полтысячи воинов, то путь будет не опасен. Все оказалось иначе. Никто не вернулся назад!
– На Брэнэ, говоришь, пошли баскаки? – встрепенулся Берке-хан. – Ты думаешь, что они сгинули в тех лесах?
– Трудно сказать, государь. Леса те огромные. Нетрудно заблудиться. Могли сбиться с дороги и попасть совсем в другое место…
– А кто там засел коназом в Брэнэ? – вопросил вдруг ордынский хан.
– Как я знаю, в том лесном городе, – задумчиво промолвил Болху, – сидит коназом сынок того вздорного Мыхаыла, казненного еще при великом Бату-хане. Имя его – Ромэнэ…О нем говорили при покойном государе…Коназ Черныгы на него жаловался! Будто тот утаивает от Орды часть своих доходов…
– Ну, часть надо всегда утаивать! – усмехнулся Берке-хан. – На что же им тогда жить?
– Андрэ говорил, что часть, утаиваемая Ромэнэ, довольно велика и больше, чем весь ордынский «выход». Ну, вот мы и провели по этому доносу дознание. Но ничего не добились. Тогда к великому хану приехал коназ Дэнилэ. Ты помнишь, государь?
– Да, Болху, мой царственный брат был доволен им.
– Так вот, Дэнилэ тогда обязался платить нам за этого Ромэнэ, своего зятя. И хорошо платить! Что он до сих пор и делает. У Дэнилэ слово верное! Мы тогда подумали, и государь решил, что с самого глухого Брэнэ мы ничего не получим…Даже если разорим тот городок. Я в свое время спрашивал у купца Или, у того самого, государь, кого ты так хвалил, что такое тот Брэнэ, велик ли он, богат ли. На то мне купец сказал, что это глухое место, окруженное болотами и оврагами. Эти места дают мало дохода. И все там гибельно. Люди там умирают без войн от болотного смрада: вряд ли кто доживает до пяти десятков! Всех косит смерть…Они сидят в лесах и болотах из страха перед нашим воинством! Хотя, как говорят, сам Ромэнэ – смелый и удачливый воин…
– Откуда же ты узнал о его мужестве, если тот сидит в своих лесах-болотах?
– Это говорили люди коназа Дэнилэ, которые каждый год и в один день привозят сюда дань. Они сообщили, что Ромэнэ, коназ Брэнэ, часто совершает походы на Лэтвэ, наших лютых врагов, вместе с коназом Дэнилэ и его сыновьями. И хорошо воюет против Лэтвэ! Они не раз громили войска непокорного нам коназа Лэтвэ!
– Видно и добыча у него немалая от этих побед: пленники и богатства? – вопросил хан Берке. – Чего же он тогда сам, отдельно от Черныгы, не платит нам «выход» из своей добычи?
