– Благодарю тебя, мой верный Болху, – улыбнулся Берке-хан. – Я не хотел бы покинуть этот мир, не завершив должным образом своего правления. Поэтому подготовь заранее мое завещание. В случае если меня призовет к себе Аллах, то пусть мой престол унаследует внук моего брата Мэнгу-Тимур. Все другие внуки Бату должны беспрекословно ему повиноваться. Но если нужно менять наместников в землях улуса, то делать это только по твоему совету…Или пусть соберет курултай. Я сам поговорю об этом с Мэнгу…Эй, Хутук! – крикнул он и хлопнул в ладоши. Откуда-то из глубины юрты выбежал слуга и почтительно склонился у трона. – Беги, мой Хутук, к Мэнгу и позови его сюда побыстрей!
– Слушаю и повинуюсь, государь! – вновь согнул спину верный слуга и быстро выбежал из юрты.
– А как ты сам на это смотришь, Болху? – вопросил великий хан. – Дружен ли ты с Мэнгу? Будет ли мой наследник прислушиваться к твоим советам?
– Да, государь. Мэнгу-Тимур был всегда ко мне ласков! – кивнул головой ханский советник. – Он хорошо относится и к моему сыну Угэчи. Царевич часто заходит в писчую юрту. Он любит поговорить с моим сыном и слугами о делах нашего ханства. А иногда и бумагу почитает. Но царевич не очень любит бумаги и книги. Он больше воин. Ты не зря посылаешь его в боевые походы! Мэнгу с детства знает только коня и острый меч! Он отменно стреляет из лука! Я не раз видел, как Мэнгу прикладывал стрелу, и враг тут же падал на землю, как подкошенный.
– Да, Болху, так уже устроил Аллах, что славный воин не бывает ученым мужем! Да и сам я не так давно постиг книжную мудрость…А когда стал читать твои письмена и сам кое-что писать, мои руки разучились брать лук и копье. Придется и Мэнгу отказаться от ратных дел. Ты, Болху, поможешь ему стать хорошим правителем!
– Глубокая мудрость говорит твоими устами, государь, – улыбнулся Болху-Тучигэн, – однако царевич Мэнгу может вести за собой народ и без меня! Он хорошо управляет своим войском и, конечно, знает грамоту. Другое дело, если у него не лежит к этому сердце. Просто царевичу пока не до этого. Придет пора и должная зрелость, и царевич полюбит бумаги и книги. Это только дело времени…
Полог юрты приоткрылся, и к ханскому трону быстро подошел царевич Мэнгу. Поклонившись хану, он кивнул головой Болху-Тучигэну.
– Салям галяйкюм, государь! – молвил царевич. – Как твое бесценное здоровье?
– Вагаляйкюм ассалям! – ответил Берке-хан. – Мое здоровье, сынок, старческое. Как говорится, все известно только Аллаху. Иной хилый и тонкий прут гнется, но не ломается…А крепкий и толстый, гляди – и разорвался! Ладно, давай о деле. Я вот тут поговорил, сынок, с Болху-сайдом и сказал ему, что тебе придется, в случае моей смерти, быть повелителем нашей Золотой Орды!
– Что ты, государь! – вскричал царевич. – Разве ты собрался умирать?!
– Я же сказал, – грустно усмехнулся великий хан, – что это известно только одному Аллаху! Но, со своей стороны, я должен позаботиться о судьбе Джучиева улуса. Что это за правитель, если он не закончит земных дел до своей смерти? Только плохой государь оставляет плохого наследника! А ты у меня не только славный воин, но и, как говорит мой Болху, умеешь управлять людьми…Я мало уделял тебе внимания и не баловал! Зато вот вырос из тебя истинный наследник. Ты не будешь сопливым мальчишкой на ханском троне…Как мои племянники, погубившие себя. Но не зазнавайся, сынок! Запомни: нельзя управлять государством с коня! Будь дружен с Болху-сайдом и не обижай его. Я вот назначил его сына Угэчи на место главы писчей юрты…Уважай его! Они – преданные нам люди. Советуйся с ними обо всех государственных делах. Будь особенно осторожен с мурзами. Не отстраняй от дел никого, если не уверен в своей правоте! Ну, а если кто-нибудь будет строптив или лукав в деле управления, тогда замени его, посоветовавшись с верными людьми. Но тогда не жалей ослушника, казни его без колебаний! Также поступай и с урусами: Будь жесток, когда надо, или, наоборот, ласков. У меня с ними было все! Только один урус заслужил мое доверие – это коназ Ромэнэ из лесов Брэнэ! Я пожаловал ему ярлык на всю землю Черныгы, когда умрет коназ Андрэ. Так вот, не обижай этого Ромэнэ. Преданные ратному делу люди всегда ценны! Пусть ходит в походы с нашим полководцем Ногаем. Уж если сам славный Бурундай хвалил этого Ромэнэ, значит, он того стоит!
– Да, государь, – улыбнулся Мэнгу. – Покойный Бурундай, да примет Аллах его душу, был очень большой злослов! Его до смерти боялись за строгость! Это просто чудо, если он похвалил коназа уруса! Но я сам знаю о заслугах этого Ромэнэ. Он не раз выручал Бурундая в жарких битвах! Но сможет ли этот Ромэнэ собирать весь «выход» для нашей казны?
