Ребенком, я не был обделен вниманием физически, умственно или духовно, мои родители не были самоуверенными или заносчивыми.
Я родился в рубашке. Уважение и одобрение моего отца было тем, что я получал свободно, в то время как мать щедро одаривала меня безграничной любовью. Даже в детстве родители считались с моим мнением и выбором, словно это было чем-то важным; даже в возрасте двух лет мои чувства и мнения играли важную роль при обсуждениях.
Мои школьные годы были такими же нормальными, как и жизнь моей семьи. Я уверен, что ты хочешь посмотреть на годы моего обучения, чтобы обнаружить причину, почему я пошел по наклонной? Я был запуган и предпочитал одиночество из-за отсутствия друзей? Нет, я был достаточно популярен и в начальной школе, и в старших классах среди обоих полов.
Обязательно ли мне было насиловать Бриттани Слоан, когда я лишился девственности? Нет, не обязательно. Мне просто этого хотелось. Однако, очень сложно изнасиловать девушку, которая делала все что угодно ради капли моего внимания.
В этой ситуации здорово помогли шесть пластиковых упаковочных колец для банок, только что выпитых мною, которые впивались в мягкую плоть ее шеи, не позволяя вдохнуть, и острые ощущения, которые я испытывал, пока вдалбливался в нее своим членом снова и снова, сильнее натягивая пластик, прекращая борьбу. Возможно, ты задаешь себе вопрос, намеренно ли я убил ее.
Позволь мне утолить твое любопытство: я пытался, чтобы приобретенный опыт был интересным и запоминающимся; к сожалению, когда один новичок в играх с дыханием проявляет излишний энтузиазм и в силу своего юного возраста неопытен, то так легко поддаться скачущим туда-сюда гормонам, оставляя тебя шокированным и задыхающимся, а твою подружку мертвой.
После неуместной смерти Бриттани, я среагировал так же быстро, как на углубленном курсе химии, который пришел мне в голову. В тот момент я знал, что лучший способ скрыть то, что произошло — это спихнуть ее тело вниз по желобу для сжигания отходов, установленного в нашем доме, при помощи моего отца и нескольких его самых доверенных людей.
После уборки и избавления от тела, мер, которые были предприняты, между мной и отцом состоялся неловкий разговор, в котором он в основном говорил, как отец с сыном, и все снова и снова повторял, что такое больше никогда не должно произойти.
К сожалению, лекция отца прошла мимо моих ушей, потому что случай на выпускном, привел в действие новый голод внутри меня, тот, который потребовал пищи.
Я так и делал. Все время просчитывал свои стратегии, а также выбирал подходящее время. В тех редких случаях, когда мой контроль не трещал по швам, ведь я знал — это лучше, чем просить помощи у отца.
Последняя, но не менее важная в списке причин, почему я тот, кто я есть и что делал, была такая: у меня низкий уровень интеллекта, который, возможно компенсировал размер члена из-за отсутствия у меня серой массы? Нет, к счастью, мне удалось поставить под сомнение эту теорию вашего мыслительного процесса тоже. Я преуспел во всех науках, закончив год с отличием.
Мой отец — мистер Пейн, отмеченный особыми наградами генерал-лейтенант морской пехоты из еще более высокопоставленной, престижной семьи, убедился, чтобы несколько различных фондов Гарварда, и Оксфорда получили щедрые пожертвования, дабы гарантировать, что его единственному наследнику, его драгоценному сыну будет обеспечено место, когда для меня настанет время выбирать университет.
К двадцати годам, как все молодые совершеннолетние люди, я находился в поисках призвания, размышляя об отклонениях в суждениях, которые отправили меня в медицинский колледж с намерением стать психиатром. К счастью, прежде чем начать интернатуру, я понял свою ошибку и решил заниматься единственным, что знал и любил.
Точно, моя любовь… киски.
Размышляя над своим выбором, я понял, что в действительности это была не лучшая комбинация дисциплин для обучения. Пока я изучал психологию, я изучил “кодировки”. Я не только изучил их, я их использовал. Я освоил анатомию, физиологию и психологию женского пола. Я выучил эмоциональные и биологические процессы твоего оргазма. Я единственный, кто знает музыку, на ноты которой ты откликаешься; и я буду их играть до тех пор, пока не увижу, как искры от оргазма не посыпятся из твоих глаз. Только я один могу стереть из твоей памяти каждого мужчину, что был до меня, а также разрушить тебя для любого мужчины, который будет после. В сущности, я овладел искусством, состоящим из твоего разума и тела.
В зависимости от характера моей игры, когда я посчитаю тебя достойной моего внимания, наше совместное времяпрепровождение оставит тебя промокшей… будет ли из тебя капать сперма или собственная кровь, еще предстоит определить. На всех дорогах, ведущих к нирване, есть подводные камни.
Не позволяй себе стать для меня неинтересной, ибо как только ты наскучишь мне, как только это чувство станет возрастать, то же случится и с твоей кровью.
Я выпущу ее. Из тебя.
Ради тебя.
