Татарские мурзы переглянулись. – Якши, карашо, Дэмитрэ, – сказал, усмехнувшись, мурза Урус, – мы доложим об этом нашему повелителю и накажем того Ромэнэ! Однако скажи, как ты собираешься исполнять ханский приказ?
– Ну, э-э-э, – пробурчал великий князь Дмитрий, – тогда придется ехать в Великий Новгород и ловить тех разбойников!
– Так кто же поедет? – вопросил, сурово сдвинув брови, мурза Каирбек. – Неужели ты исполнишь волю государя одними словами?
– Не только словами, – промолвил князь Андрей Константинович. – Придется самим туда ехать!
– Тогда ладно, – кивнул головой мурза Алтынцыбек, – с этим все ясно! Но вот как вы будете возмещать ущерб купцам и людям из Жукотэ?
– А мы прикажем новгородцам расплатиться за своих разбойников! – сказал, ударив кулаком по столу, великий владимирский князь.
– А если люди из Новэгэрэ откажутся платить? – прищурил свои черные узкие глазки мурза Урус. – Что вы тогда будете делать?
– Тогда возложим этот долг на плечи наших тягловых людей, – пробормотал князь Андрей. – А ответственность будут нести все удельные князья. Это – плата им за грубость и попрание царской воли! Разве я не прав, владыка?
– Не знаю, сын мой, – ответил суздальский епископ. – Наша русская земля нынче не богата серебром! Но если говорить правду, то платить должны виновники содеянного, а не сторонние люди!
– За что же разорять тех, кто не причастен к преступлению? – поддержал своего соседа по скамье костромской епископ. – Пусть сами новгородцы отвечают за дела своих беспокойных жителей!
– Ну, так что вы решили? – насупился мурза Каирбек. – Долго мы еще будем разглагольствовать?
– Мы решили, почтенные люди, – сказал, улыбаясь и глядя преданными глазами на татарских послов, великий князь Дмитрий Константинович, – что мы сами поедем в Новгород и поймаем тех злодеев. А потом выдадим их государю на суд и расправу! Что касается ущерба от разбойников, то это – дело Великого Новгорода! Пусть привозят в Сарай нужное серебро!
– А если они не уплатят, тогда мы пройдем с огнем и мечом по всей земле Новэгэрэ! – грозно молвил мурза Алтынцыбек. – Да так пройдем, что не только разгромим Новэгэрэ, но пожжем Брэнэ, Смулэнэ и пощиплем твои земли, бестолковый Дэмитрэ! Берегись!
– За что же мои земли, почтенный? – смиренно улыбнулся Дмитрий Константинович. – Вот Брянск и Смоленск, это – правильно! Да еще бы Москву сюда прибавить!
– Встань же, Ромэнэ, – сердито сказал Хызр-хан, глядя на лежавшего перед ним брянского князя, – и покажи мне свои глаза!
Князь Роман встал на колени и смело глянул на ордынского хана. Последний буквально впился в него своим огненным взором, но брянский князь выдержал этот взгляд.
– Престранно, Ромэнэ, я не вижу в твоих глазах ни страха, ни лжи, – пробормотал хан, чувствуя неуверенность. – Однако же скажи, коназ-урус, почему ты не приехал на совет коназа Дэмитрэ и непочтительно высказывался о моем правлении?!
– Вот почему царь так рассердился! – подумал князь Роман. – Значит, люди Дмитрия Суздальского донесли о моих гневных словах!
Но вслух он сказал: – Я никогда не говорил непочтительных слов о тебе, государь! А в Кострому я не пошел потому, что слова великого князя Дмитрия для меня не указ! К тому же, мой Брянск не повинен в преступлениях против твоих людей и прочих купцов! Мы совсем далеки от беспорядков и мятежей во владимирской земле и не хотим лезть в их бестолковые дела! Нам хватает своих трудностей. Для нас главное – вовремя и в достаточном количестве доставить тебе наш «выход»! А других дел у нас нет! Вот если бы мои люди что-нибудь натворили, тогда бы я был виноват перед тобой. Зачем мне ходить на съезды глупцов? Учиться у них беспорядкам? Пусть лучше они учатся у меня, как хранить тишину и порядок в уделе, а также не причинять вреда твоим людям! Выслушав брянского князя, ордынский хан несколько успокоился. – Конечно, надо беречь свой улус и держать в руках тягловый люд…, – буркнул он. – Однако почему ты осуждал мои действия? Ты ничего об этом не сказал! Неужели ты веришь, что я пришел к власти ненадолго?
– Я не верю этому, государь! – сказал без тени смущения князь Роман. – Никакой человек – ни князь, ни славный мурза – не может предугадать судьбу своего повелителя…Однако есть признаки, по которым можно определить ошибки государственных людей!
– Так ты решил судить своего хана?! – вскричал, подскочив со своего трона, разгневанный Хызр. – Не боишься потерять свою башку, коназ-урус?
– В этом случае – невелика потеря! – усмехнулся Роман Михайлович. – Но вот я вижу, что свою башку потерял именно ты, государь!
– Да как ты смеешь, презренный дурак, оскорблять меня?! – буквально взвыл, побагровев, ордынский хан. Придворные, сидевшие вокруг на подушках, зашумели, заговорили. За всю свою жизнь они не помнили подобного разговора русского данника с великим ханом!
