– До сих пор инициатива была на его стороне. Он выбирал поле боя, навязывал темп, ставил ловушки. Но и у меня, поверьте, есть кое-что в запасе.
– А что, если он каким-то образом пасёт Варварина? Должен же он отслеживать этапы своего заговора?
– Необязательно.
– Тем не менее.
– Что ж, риск есть всегда. И я думаю, когда мы навестим Варварина, то всё заодно и проверим. Если наш противник с ним связан, остались какие-нибудь следы.
Варварин жил в одном из престижных домов сталинского проекта с ненужной лепниной на фасаде и в подъездах, высокими потолками в квартирах и совершенно прогнившими перекрытиями. В рыночную эпоху такие дома постепенно заселялись людьми зажиточными, даже богатыми, за их счёт и реставрировались, но далеко не все «старички» сдавались, а потому и ветхих домов пока что хватало. В одном из них как раз и проживал Варварин, постоянно ворча на соседей, не желающих вкладываться в ремонт, и грозясь переехать. Но, будучи и сам почти стариком, что-то радикально менять в жизни отнюдь не спешил.
Николай с Айви перехватили его возле дверей подъезда.
– Привет, Палыч! – раскрыл объятия Грачевский и двинулся навстречу бывшему сослуживцу. Айви же осталась стоять в стороне. Она хоть и знала в музее каждого, её саму в лицо не знал ни один человек.
– Здравствуй, Коленька! – обрадовался или сделал вид, что обрадовался, Варварин. – Тебя и не узнать, возмужал, похорошел! Какими судьбами?
– Я хочу познакомить тебя с прекрасной незнакомкой, – сказал Грачевский и рукой показал на Айви.
– Это некоторым образом оксюморон, Коленька.
– Ничуть, Палыч! Когда я её встретил, она была незнакомкой, и таковой остаётся пока для тебя.
Айви, как бы потеряв терпение, плавно зашагала к мужчинам.
– Ты бы предупредил заранее, Коленька, – смутился Варварин. – Мне неудобно приглашать даму в такую разруху.
– У нас к вам дело, Роман Павлович, – сказала Айви с улыбкой. – А разруха меня не смутит.
Овды умеют обольстить. Варварин почти не сопротивлялся. Обычно попасть в гости к коллекционеру не так-то просто. Народ этот всё больше мнительный, обладающий каким-никаким богатством, а потому опасающийся всего и вся, не исключая и добрых знакомых, тем более знакомых с такой репутацией, какая была у Коленьки. Но улыбка Айви обладала способностью обезоружить любого. Даже некий демон-хранитель, как припомнил Грачевский, таял, увидев её.
Палыч предложил гостям тапочки из стопки, лежащей в углу прихожей, и быстро переоделся, сменив рабочий пиджак на домашний – зеленый бархатный с кожаными накладками на локтях.
Он усадил их на диван в гостиной, а сам некоторое время шуршал на кухне, откуда вернулся с подносом, на котором стоял пузатый фарфоровый чайник и три чашки с блюдцами, а также сахарница и корзинка с печеньем.
– Если желаете кофе, я сделаю, – предложил он, глядя на Айви.
– Нет, спасибо, Роман Павлович, – ответила та. – Чая будет достаточно.
Пока хозяин готовил чай, девушка незаметно принюхалась, проверяя квартиру на присутствие магии. И подмигнула Грачевскому, давая понять, что всё чисто. Но это было только полдела. Вернее, только его треть. Потенциальным врагам требовалось оставить пару неприятных сюрпризов, а потом устроить свидание нумизмата с монеткой.
Айви попросила хозяина подать сахарницу, а когда тот протянул её, легонько нажала указательным пальцем на известную только ей точку его руки. После чего старик отключился и повалился на бок. Николай успел подхватить тело, а Айви ловко перехватила сахарницу и, вернув её на стол, взялась за работу, не дожидаясь, пока партнёр пристроит хозяина в кресло. Она быстро, но точно расставила артефакты вдоль стен, включая и купленного накануне на трассе игрушечного зайца, и принялась начитывать амру. В её руке возникла лёгкая сеточка вроде тех, какими пижоны фиксируют укладку волос. Айви встряхнула сеточку, и та стала чуть больше, точно вытянулась от приданного ускорения. Несколько взмахов, и в руках девушки уже колыхалась настоящая сеть, которая становилась больше и больше, пока не заполнила почти всё свободное пространство в комнате. Тогда овда резко отбросила сеть от себя, точно забрасывая фантастический невод, и та плотно впечаталась в стены. Нити поначалу выглядели слепяще яркими, как раскалённые вольфрамовые спирали в старых лампочках, но постепенно потускнели и через несколько минут исчезли совсем, будто впитались в штукатурку и обои. Айви подняла с пола игрушечного зайца и сунула в карман, затем быстро уложила в сумочку прочие артефакты.
– Я пробужу его сознание, возобновив память с того момента, когда попросила подать сахарницу и он начал поворачивать голову в мою сторону. Вы сидели здесь, я здесь…
Они расселись, пытаясь придать лицам нейтральное выражение, что вряд ли получилось идеально, но всё прошло как по маслу. Если хозяин и ощутил некий «сбой в матрице», то не подал виду. Люди, особенно только начинающие стареть, не любят признаваться в слабостях. А гости, разумеется, и не настаивали. Айви насыпала в чашку сахар, помешала ложечкой и сделала первый глоток, подарив хозяину ещё одну ослепительную улыбку.
