— Вы считаете будет удобно их пригласить сюда, в ресторан? — Строгая замерла в нерешительности.
— Мне, кажется, лучше все сделать наверху. Без свидетелей. Мало ли? Всем спокойнее будет.
— Пожалуй, Виктория Алексеевна, Вы правы. Надо найти предлог для банкета и заказать все доставить в архив. Попросим Асю накрыть стол.
— Надо не забыть их предупредить. Вдруг, свои планы?
— Да-да. После обеда и спросим.
Чуть позже Нина Константиновна стояла напротив проверяющих и любезно предлагала:
— Вы знаете, у нашего учредителя недавно день рожденья был. Решили отпраздновать. Вы не против? Посидим, заодно отметим окончание проверки…
— Спасибо, мы с удовольствием, только не очень удобно вместе со всеми.
— Не волнуйтесь, — тут же доброжелательным тоном заверила начальница. — Мы накроем здесь и посидим вчетвером; вы, я и Виктория Алексеевна.
— Хорошо.
— К четырем устроит?
Инспектора посовещались, одна из них позвонила тут же домой, ответила:
— Лучше в три, если можно.
— Да, конечно.
Строгая вышла, отдала распоряжение по поводу стола на кухню. Поставила в известность Вику.
Купили торт, вино, фрукты, мясную и рыбную нарезку, сделали бутерброды с икрой.
Все сели, выпили вина сначала за здоровье Ворона. Несколько банальностей о погоде, детях, затем разговор перешел к обсуждению руководства.
— Вы знаете, какой у нас замечательный хозяин? — с воодушевлением и пламенным блеском в глазах воскликнула Нина Константиновна. — Молодой, но умница, каких мало! Очень удачливый бизнесмен, высокий, интересный, обаятельный. У нас все в него влюбляются!
Перевела многозначительный взгляд на Вику. У той сердце оборвалось, провалилось куда-то в пятки. Рассказчица продолжала:
— Он у нас женат. Супруга у него — очень милая женщина, родила двух прелестных ребятишек. Оба мальчишки. Представляете? Очень красивая пара.
Вика сделала вид, что абсолютно не понимает к чему это ее начальница клонит. Она была настолько измучена напряжением последних дней, что уже было не до чего. И так, как овощ. Еще обсуждения Вадима ей не хватало! Если она себя сейчас не побережет…
Строгая перешла к главному:
— Вы уж акт-то больно плохой нам не составляйте, а то хозяин расстроится, все-таки праздник у человека. Не порадуете? И Викторию Алексеевну ругать будут. Она у нас за эту фирму отвечает. Девочка она молодая, неопытная, финансовым директором раньше не работала. Влетит ей.
Колесникова, ужаленная в самое сердце, побледнела. Вся сжалась. Ей, захлестнутой обидой, захотелось встать и уйти. Лариса Викторовна внимательно посмотрела на Вику, на ее начальницу. Спокойно произнесла:
— А что Вы ее так принижаете? И за что Ваш распрекрасный хозяин ее ругать должен, интересно?
Весь ее бурный вулкан в момент затих. Колесникова приготовилась внимательно слушать. Лариса Викторовна оставалась все такой же невозмутимой. Казалось, чувствует себя хозяйкой положения: в любой ситуации.
— Кто фирму без предварительной налоговой проверки покупал? Или аудитора приглашал? Я читала заключение. Там же нет ничего! Так, вода одна. Отписки. Виктория Алексеевна — молодец! Как говорится, спасла ситуацию. За каждый момент боролась очень профессионально. Я и то была удивлена. А я пятнадцать лет на этих проверках сижу. Не ожидала. Виктория Алексеевна ни разу в грязь лицом не ударила и не ударит. На месте вашего акционера премию бы ей выплатила хорошую и ценила таких сотрудников. Я считаю, Вы неправы.
В течение всего монолога, каждое слово которого попадало в цель и бальзамом капало на ее уязвленное самолюбие, Вика видела, что крылья за ее спиной расправились и готовы к полету. Такой лестный отзыв! И от кого! Взгляд сам собой остановился на Строгой.
Та сразу же заметила, что молодежь сейчас не та, что раньше и плавно перевела разговор на другую тему. Нет ли возможности консультироваться у инспекторов по спорным вопросам, раз сложились такие дружеские отношения? Те согласились. Обмен любезностями и налоговики засобирались домой. Вика попрощалась не без грусти, уже жалея, что привычные баталии, игры разума с достойным противником закончились. Спустилась по ступенькам, села на свой стул. Грусть сменилась упоением от успеха. Она была победительницей! Не выдержав, повернулась к Светлане Викторовне и на ухо зашептала:
— Представляете, что сейчас было? Инспектор меня похвалила! Сказала, что я все сделала в лучшем виде. Нина Константиновна сначала ругала, мол, простите молодую за ошибки, а те наоборот, защищать стали. Вот чудеса-то!
Казалось, женщина немало удивилась радости молодой начальницы. Оторопела. Раздраженно выпалила:
