Я опять сломалась первая. Могу себе позволить, я же девочка. Сама придумала, сама передумала. Я написала, что соскучилась. Ты, похоже, не очень поверил. Даже странно. Странно, что ты не понимаешь, почему я злюсь. Как я скучаю. Как мне тебя не хватает. Или понимаешь? Ты же с этого и начинаешь свои поздравления: «ты сейчас опять скажешь, что я тебе не звонил»…
Это, пожалуй все. Все за эти почти двадцать лет, которые я осознавала, как называется то, что я к тебе чувствую. Не прячась за формулировки «Просто друзья».
Я сейчас окружила себя людьми, которых я искренне люблю. Делами, которые я искренне люблю. Вещами, которые я люблю. Я легко расстаюсь с тем, что я любить перестала.
Но ты это другое… я столько раз пыталась с тобой расстаться, что это стало просто моей игрухой. Я играю в нее сама с собой. Ты об этом даже не знаешь.
Я даже не понимаю, все, что я тебе написала, ты прекрасно знаешь итак, или для тебя это откровение. Я бы многое отдала, чтобы увидеть твое лицо, когда ты читаешь. И прекрасно знаю, что реакцию твою я не узнаю. Это моя концепция – быть открытой. Это роскошь, которую я теперь могу себе позволить.
Мне вообще нельзя играть в игры с другими людьми, только с собой. Я за это быстро и больно получаю. Я могу просто делать от души. Я вот тренируюсь для себя и все отлично. Но как только увижу какую-нибудь толпу и решу сделать па, чтобы все оценили, я тут же падаю в грязь. Всем смешно. Мне тоже. Я же знаю, что мне нельзя. Как только я начинаю играть, я порчу отношения. Я замечала это не раз. Все, что я могу – делать то, во что верю и быть честной. Это мой путь. Он трудный. Но очень счастливый.
Ты же умеешь скрывать так, что даже я не понимаю. В конце концов, ты можешь просто забыть.
Я тебя очень ждала. Сама бы я тебе звонить больше не стала. Я до последнего не знала, ты приедешь или нет, но ждала тебя очень. Ничего не загадывала. Не пыталась представить. Просто ждала. Даже сердце в этот раз не выскакивало.
Ты так долго ехал как раз потому что я тебя очень ждала. Просто какое-то дежа вю. Десять дней назад я также на вокзале солиста «Запрещенных барабанщков» ждала. Поезд из Москвы на полтора часа опоздал. Чтобы я могла этим ожиданием насладиться.
Сейчас ты уже девятый час ехал из Москвы. Я ждала. Ничего неожиданного не произошло. Ты пришел и сразу прошел мимо. Мне было достаточно. Ты же был здесь.
Все-таки я не сдержалась. Я была так тебе рада, что не собиралась это скрывать. Когда мы пересеклись с тобой на крылечке, обняла и сказала, что очень тебе рада. Ты, похоже, сомневался, верить ли в это. Переспросил на всякий случай. Или как раз переспросил, потому что прекрасно знал? Что у тебя в голове?
Как-то все само сложилось так, как хотелось. Хотелось не сейчас, не в этот конкретный вечер, а все предыдущие десять лет.
У меня очень простые девочковые желания. Тем они несбыточнее. Я так хотела с тобой потанцевать. Просто потанцевать… Это абсолютно нереальное желание. Мы сейчас в таких форматах не встречаемся. А тут получилось. Я тогда и сказала тебе про завершенный гештальт.
Я так давно хотела прогуляться с тобой вместо того, чтобы сидеть в кафе – мы гуляли по вечернему городу. Я правда замысел твой великий не понимала. Мозг в твоем присутствии отключается. Ему незачем анализировать, когда ты рядом. Все равно дело гиблое. Ты делаешь то, что считаешь нужным, а я просто с тобой рядом и счастлива.
Аттракцион неслыханной смелости – я попросила тебя не лишать меня удовольствия накормить тебя утром завтраком. Ты даже представить себе не можешь, какое это какое это удовольствие– кормить любимого мужчину утром завтраком. Не знаю, как насчет ужина, вечером я не всегда в ресурсе. Но утро – это мое время. Я буду летать по кухне, напевать что-нибудь радостное и готовить что-нибудь вкусное, спинным мозгом ощущая твое присутствие.
Я знаю, что тем конкретным утром это так не выглядело. Никто из нас не спал. Но я и в самом деле была счастлива, хоть и слегка медлительна. Очень счастлива. Ну то есть это нормальное мое состояние, но тем утром счастье было предметным, сидело на кухне и ждало блинов.
Спасибо тебе. И за то, что через два дня после твоего отъезда я вдруг села за ноутбук и начала писать. И за то, что вся эта многолетняя недосказанность, наконец, вышла из меня. У меня нет больше несказанных слов.
И за любовь. Я точно знаю, что любовь это дар Божий. И дается не каждому. Мне далось. Через тебя. Мне сложно представить, кем бы я была, не случись этого со мной. Знаешь, я часто думаю, что бы я в жизни захотела изменить, будь у меня такая возможность. Есть пара эпизодов. Но я точно знаю, что в тот питерский предновогодний день я бы не пошла к тебе в гостиницу, где ты ждал меня, потому что у тебя украли телефон. Потому что мне нужно было пройти этот путь, чтобы стать собой. Все потери, сомнения, испытания. Это для меня очень ценно. Это моя жизнь.
