Золотая фольга облетала со стражей, когда они медленно вставали со своих кресел, на которых только что восседали, словно отлитые из металла. Распахнувшись, глаза ближайшего бесцельно поблуждали несколько мгновений и остановились на мне. Белые, как снег, прозрачные и… видящие!
Я закричала и сорвалась с места, но дорогу преградил второй страж, почти точная копия первого. Нечеловеческий ужас сковал тело, и ноги предательски отказались слушаться. Я даже вдохнуть не смогла, не то что попробовать уклониться, когда золочёной кошмар занёс надо мной свой изогнутый меч. «А как красиво кружится в воздухе фольга», – зачем-то подумалось мне.
Я отлетела на каменный пол, отброшенная в сторону Эндором, и в следующее же мгновение у меня над головой металл столкнулся с металлом, рассыпая искры и золотую пыль. За спиной с отвратительной бранью Вотар столкнулся с первым стражем. Я вспомнила, наконец, что у меня на поясе висит длинный нож, и непослушными пальцами достала его. Но что я с ним буду делать, если опять нос к носу столкнусь с этим чудовищем?
Забившись между колонн за пустующим теперь креслом стража я смотрела, как здоровенный наёмник уложил первого противника, вскрыв его поперёк туловища. Следующий приближался дёрганой походкой по галерее. Мальварен отшвырнул на него только что побеждённого стража и прыгнул следом, рубя мечом. Мой взгляд приковал к себе лежащий на полу изогнутый клинок: совершенно точно нужно его забрать – с моим ковыряльничком и надеяться не на что. Я медленно, как улитка, поползла в сторону оружия. Сердце бухало так, что почти перекрывало скрежет и звон металла.
Я доползла до меча в тот момент, когда Вотар выбил оружие из руки стража, ударил его ногой в живот, отталкивая подальше. Вернув свой нож на место, я почувствовала жуткую тишину позади себя – где же Эндор? – сжала меч стража двумя руками и резко развернулась, поднимаясь и прыгая в сторону одновременно.
Прозрачные, будто бы стеклянные глаза немёртвого и неживого стража даже не дёрнулись, когда он всем телом напоролся на мой клинок, в то время как его оружие чиркнуло пустое место там, где я только что была. Тем не менее он попытался нанести удар снова, но мне удалось поймать его слабеющую руку. Я отпустила застрявший меч и оттолкнула его вбок, за колонну, бросилась назад, к лестнице, поскользнулась в липкой крови, едва не упала, встретившись глазами с невидящим взглядом Эндора. Мальварен, прошедший со мной половину нагорья и заслуживший доверие, как никто другой, был мёртв. Тому стражу удалось победить здоровенного наёмника лишь для того, чтобы по случайности напороться на меч в моих нетвёрдых руках.
Я оглянулась на Вотара, который уложил одного за другим уже четырёх стражей.
– Уходи! Уходи оттуда! – закричала я и побежала наверх.
Где-то в глубине под ногами глухо заворчало, и я всем своим телом почувствовала биение сердца гор. О нет! Только не это! Разум мой отчаянно зацепился за мысль о том, что сейчас стражей завалит обломками, и нам удастся спастись. Земля гудела и слегка подёргивала шкурой, как лошадь, сбрасывающая надоедливую муху.
Наконец мне удалось выбраться по лестнице наверх, на площадь, и то, что я увидела, заставило пожалеть о мече, забытом внизу. Но размышлять, и тем более возвращаться времени не было: меня догнал Вотар, на ходу отбиваясь от следующего сверкающего золотом стража. Буквально в самом центре площади спина к спине с обнажёнными клинками в руках стояли Дарл и Лаурсс. Юлья, сжав губы, натягивала тетиву на Ников лук. Чудо, что ей удалось сохранить и его, и стрелы. Шайлен нигде не было видно.
Из-под земли, из таких же галерей, как и та, которую мы только что покинули, выходили стражи. Они подёргивались и шатались, но не становились от этого менее опасными.
Первой мыслью было бежать, бежать и уносить отсюда ноги. Я бросила взгляд на золотые врата: с их стороны не спеша приближались шестеро немёртвых воинов. Ещё по трое подпирали с боков. Один всё ещё следовал за Вотаром и мной по пятам, а от оставшихся нас отделяла расползающаяся трещина.
Мы оказались заперты посреди ходящей ходуном площади, грозящей разорваться буквально у нас под ногами. Подземные толчки мешали, конечно, и стражам, но, о боги, как же тех было много!
В три биения сердца я оказалась возле мальвар и Лаурсса. Прямо у меня за спиной Вотару, наконец, удалось найти брешь в обороне стража: закрутившись волчком, наёмник точным ударом перерубил золочёное горло.
Я обернулась к Лаурссу: по его рубашке расплывалось багровое пятно, которое он неловко пытался зажимать ладонью. Кровь крупными каплями падала с пальцев на камни. «Они присягнули вечно охранять город и поднимутся, если кровь прольётся на плиты под ногами».
– Откуда? Кто тебя ранил, Ла? – предательские слёзы наполнили глаза, смазав изображение.
Едва завидев кровь, я размотала обратно свой наскоро свёрнутый тканый пояс.
– Шайлен, – оскалился Лаурсс, и едва не упал, содрогнувшись от очередного колебания площади. – Нельзя было её освобождать. Прятала нож в рукаве… Сказала, спасает остальных…
– Эндор мёртв, – прошептала я.
