Романески полностью

С последними словами мужчины книга, соскользнув с колен А, шлепается на пол, из нее выпадает фотокарточка. Подобрав снимок и посмотрев на него, женщина вкладывает его обратно в книжку, которую опускает себе на колени. Затем, видимо, передумав, она поднимает томик, перелистывает его, находит фотографию, которую изучает теперь более внимательно (посмотрела, например, на ее оборотную сторону). На фотоснимке видна она сама в каком-то саду. Закадровый голос после небольшого перерыва продолжает.

Голос X: …Но какое это имеет значение?.. Вот если бы я показал вам кипень белых кружев вокруг вас, целое море белых кружев, в котором ваше тело… Но все тела на свете похожи друг на друга, как и кружевные облачения, гостиницы, скульптуры и сады… (Пауза.) Но тот сад, он для меня не похож ни на какой другой… В нем я встречался с вами каждый день…

План меняется, пока женщина разглядывает фотографию.

Крупным планом любительский фотоснимок, увеличенный до размеров экрана, так что виден лишь он. Однако — это план живой, а не мертвое фото, и так как А остается неподвижной, мы с трудом замечаем (или не замечаем), что изображение на экране ожило. Мы видим А анфас: она глядит в камеру, раскованная и улыбающаяся, купающаяся в атмосфере беззаботности и свободы. Голос за кадром продолжает.

Голос X: Место покойное, посещаемое редко, зачастую пустынное, особенно в часы дневной жары… летом…

Изображение резко меняется. Теперь перед нами крупные планы лиц (точнее профилен) X и А; они с некоторого расстояния смотрят друг на друга. X говорит. Совершенно раскрепощенная А расцвела улыбкой, скоро переходящей чуть ли не в задорный смех. Их разделяет длинная перспектива сада (все того же).

Сначала план немой, хотя губы X на экране шевелятся, значит, он говорит; не слышен и смех А. Но скоро голос мужчины вновь начинает звучать за кадром.

Голос X: Время пополудни... (Голос немного неуверенный.) …Это, несомненно, уже следующий день… Я объявил вам, что мы уезжаем… И вы тогда не смеялись… (Голос более твердый.) …Что мы уезжаем на другое утро… якобы на автомобильную прогулку… чтобы уже никогда не возвращаться… (Голос неуверенный.)… В то время как он…

План меняется во время смеха А, хотя и беззвучного.

Крупным планом смеющееся лицо А, такое, как на фотографии, выпавшей из ее книги на предпоследнем плане. Изменилось только выражение лица женщины. Неуверенный голос за кадром как бы угасает.

Голос X: …в то время как он… Нет… Все не так…

Очередной план беседующих в парке X и А. На сей раз они сняты с большего удаления, и то, что их окружает, видно лучше: типичный уголок сада и, в частности, близкая сейчас к ним скульптурная группа, о которой неоднократно шла речь (имеются в виду две изваянные фигуры), но на прежних кадрах она определенно находилась не на этом месте.

Как и на обоих предшествующих планах, А выглядит утратившей и свою отрешенность, и тоскующий встревоженный облик, характерный для многих предшествующих сцен. Весь ее облик и поведение (оставляя в стороне слова) позволяют сказать, что она просто красива и свободна и, пожалуй, немного экзальтирована.

Здесь диалог персонажей на экране тоже заменен звучанием за кадром голоса X, который после затянувшейся паузы продолжает свой сбивчивый и неуверенный монолог.

Голос X: Да, мы были в вашей комнате… Что касается времени отъезда, то оно, как и должно, было оговорено накануне… Вы дали согласие, возможно, помимо вашей личной воли… (Пауза.) Я находился в вашем номере… (Пауза.) Помнится, стоя у двери, прежде всего можно было заметить кровать…

Камера плавно удаляется и по возможности несколько поднимается. Панорама сада, окружающего героев, расширяется, однако скульптурная группа на пьедестале при этом как бы увеличивается. Голос звучит непрерывно.