– Я навещу мисс Рай завтра утром, а пока следите за тем, чтоб у нее не начался жар, – сказал он, – и, если он вдруг начнется, положите ей на лоб мокрую салфетку и тут же пошлите за мной!
В этот момент пришла Магда и объявила, что ужин подан.
–Вы не останетесь с нами поужинать, доктор Палмер? – спросила Кэтрин
– Нет, благодарю вас, леди Кэтрин, но меня еще ждут в больнице. -с этими словами он поклонился и ушел.
Глава 2.
– Попробуйте, пожалуйста, соус! У Мэри он всегда получается чудесным, – Кэтрин передала соусник Латифе, в душе чувствуя стыд от того, что блюда, подаваемые к ужину, были слишком уж простыми. В ее доме уже давно не было ни красного мяса, ни рыбы, а от постоянной птицы самой уже в пору было закудахтать или закукарекать.
– Благодарю вас, он и вправду восхитителен! Давно не ела такой вкусной домашней еды. -Латифа искренне улыбнулась девушке и с явным аппетитом и удовольствием продолжила трапезу, от чего у девушки отлегло от сердца.
– Не сочтите за грубость мое любопытство, но мне очень хочется узнать, откуда вы приехали? – Кэтрин наколола на вилку кусок холодной индейки. Ей и правда было безумно интересно, ведь до этого момента она не встречала никого жившего дальше Континента.
– Мы прибыли из далекой страны Маливии. – охотно ответила женщина, откладывая вилку и вытирая губы салфеткой, – Вы слышали о такой, леди Кэтрин?
– Честно говоря, очень мало, – призналась Кэтрин, – Знаю только, что там жара круглый год и много песка.
– Так и есть, – улыбнулась Латифа, задумчиво отпив вино из бокала, – жара там начинается с рассветом и не спадает до самого заката, а пески тянутся на тысячи километров. Но наши города не стоят на песках. Наши города – оазисы. В них много деревьев и зелени, почвы плодородны, сушу омывает Великий океан. Наша страна сильна и богата…
– Вы очень любите Маливию, – констатировала девушка, – Что же заставило вас приехать сюда, в такую даль от вашей Родины?
– Меня ничего не заставляло, дорогая, – усмехнулась Латифа, глядя на озадаченное лицо Кэтрин, – Это было мое собственное желание. Мой любимый супруг скончался…
– О, мне очень жаль, госпожа Латифа …
– Тут не о чем жалеть, дорогая, – женщина на миг опустила глаза, – Просто пришло его время… Хотя, конечно, не буду лукавить, я очень скучаю по нему… – она вновь улыбнулась девушке, – Но жизнь продолжается. Моя дочь вышла замуж и счастливо живет в семье своего мужа… Поэтому я и решила, что мне пришла пора подумать о себе – чего же хочу я? И вот так я и решила посетить Романтию, о которой столько читала и слышала, и где всегда мечтала побывать!
– Вы очень смелая, госпожа Латифа! – жарко проговорила Кэтрин, – я, наверное, никогда бы не решилась на такую дальнюю поездку, еще и фактически без сопровождения. Хотелось бы и мне обладать вашим мужеством!
– О, храбрости вам не занимать, уверяю вас! – Латифа не дала себя перебить, – Вы с таким мужеством ринулись нам на помощь, даже ваш кучер стоял в полной растерянности, не зная, что делать! Поверьте мне, вы поразительно смелая девушка.
Кэтрин буквально расцвела от такой похвалы, в последнее время слышать приятные слова в свой адрес, стало для нее редкостью. А Латифа продолжила:
– Позвольте и мне немного полюбопытствовать, где ваши родители, дорогая? Я не хотела бы, чтобы мое пребывание здесь стало для них неприятным сюрпризом… – женщина остановилась, глядя как поменялось лицо девушки.
– Вам не стоит об этом беспокоится, госпожа Латифа, – Кэтрин опустила глаза, – мой отец погиб два года назад, а мама поехала к тетке на Континент и гостит там уже больше года…
– Примите мои соболезнования, дорогая, – ласково проговорила Латифа и накрыла ладонь Кэтрин своей. То ли от напряженности всего дня, то ли от такого искреннего сочувствия, а скорее всего от того и другого вместе, девушка не смогла сдержать эмоции и расплакалась. Латифа обняла ее и прижала к себе. – Поплачьте, дорогая, поплачьте, слезы дадут вам облегчение, – эти слова стали, спусковым крючком, и Кэтрин зарыдала. Все время пока девушка плакала, Латифа крепко держала ее в своих объятиях, приговаривая , – Отпускайте, дорогая, отпускайте вашу боль, не держите ее больше в себе. Освободите ее и себя.
– Извините меня, – проговорила Кэтрин через какое-то время, все еще всхлипывая, – я обычно более сдержана…
– Не стоит извиняться, дорогая, – Латифа взяла салфетку и стала вытирать лицо девушки, – Это очень хорошо, что вы высвободили свою боль. Боль нельзя держать в себе, иначе можно заболеть.
– У нас в Романтии не принято выражать эмоции…особенно публично, – Кэтрин виновато посмотрела на нее, – мне очень стыдно перед вами, что я поставила вас в неловкое положение своей несдержанностью …
– Уверяю вас, моя дорогая леди Кэтрин, меня невозможно поставить ни в какое положение без моего на это согласия, – она ласково улыбнулась девушке, – Вам абсолютно нечего стыдиться. В Маливии мы открыто выражаем свои эмоции и радуемся, когда это делают другие.
