— Спасибо, Маргарет. Я просмотрю их, как только смогу, — сказал Клиффорд, похлопав ладонью по папкам, потом встал и направился к двери. — Ну что ж, приступим к «Холлоуэй».
Кэролайн еще никогда не была в Нью-Йорке, и когда одним мартовским утром реактивный самолет компании «Дельта эрлайнз», на котором она летела, спустился над Ист-Ривер и приземлился в аэропорту Ла-Гуардиа, она почувствовала, как учащенно забилось ее сердце. Ее обуревали самые противоположные чувства: она с удовольствием ждала встречи с различными продавцами, чтобы обсудить торговую марку и этикетки для «Романтики любви», но одновременно сама мысль о том, что она целую неделю не увидит Джека, была просто непереносимой. Но ведь она проведет эту неделю в Манхэттене с Сисси Макмиллан, пообедает с Жан-Клодом Фонтэном. И может быть, пройдет депрессия, которая мучила ее с самого начала марта — ведь именно в начале марта она когда-то полюбила Джеймса Хантингтона Годдарда.
Воспоминания об их встречах, о, первых свиданиях, о совместной жизни и свадьбе в Мэне постоянно возвращались с новой силой и преследовали Кэролайн именно в марте. Кроме того, во всех трех банках, куда она обратилась, ей отказали в ссуде, и это еще больше усилило ее депрессию.
— Мы не думаем, что ваш бизнес просуществует достаточно долго, — сказали в одном.
— Сеть магазинов, продающих романтические штучки? Честно говоря, сложно себе это представить, — заявили во втором.
Но больше всего расстроил Кэролайн тот факт, что не все банкиры, отказавшие ей, были мужчинами. Женщина — вице-президент банковской и кредитной компании на Вест-Палм-Бич — заявила:
— Я считаю, что для матери-одиночки одного магазина вполне достаточно. Зачем взваливать на свои плечи еще один?
То, что ей приходилось объяснять свою идею всем этим скептически настроенным банкирам, было для Кэролайн унизительно и утомительно, и поэтому, когда несколько нью-йоркских оптовиков, занимавшихся косметикой и столовыми приборами, а также владелец швейной фабрики и импортер столового белья согласились встретиться с ней, она подумала, что поездка может отвлечь ее от тяжких дум, и позвонила Сисси, чтобы спросить, можно ли ей остановиться у нее на неделю.
— Ну конечно! — воскликнула Сисси. Она сейчас была в своем городском доме на Ист-стрит, 77. — Я, как ты должна помнить, с самого начала приглашала тебя в Нью-Йорк.
Кэролайн невольно вспомнила, как добра была Сисси Макмиллан, когда сдала им коттедж в Кэмдене.
— Конечно, я это помню, — ответила Кэролайн, чувствуя одновременно печаль и благодарность. — И очень хочу увидеться с тобой снова. Очень.
Встреча на швейной фабрике прошла очень успешно и закончилась подписанием контракта, согласно которому там будут шить специально для нее блузки, ночные рубашки и неглиже с монограммой «Корпорации «Романтика любви»». То же произошло в компании, занимавшейся столовыми приборами: там согласились организовать производство блюд, тарелок и бокалов в стиле «Корпорации». С импортером столового белья она договорилась о повторной встрече: следовало обсудить дополнительно объем поставок и расценки.
Кэролайн была довольна встречами. Она держалась профессионально и смогла договориться, что получит все, что ей было нужно, в указанные сроки, а кроме того, здесь были заложены основы дальнейшего сотрудничества. Отказы в ссуде на расширение бизнеса в свете волнений и планов на будущее временно отошли на второй план.
— У меня нет сомнений, что «Корпорация» будет расти, — сказала Кэролайн Сисси, когда они ужинали в ее прекрасно оформленной столовой, где стояла посуда в традиционном стиле, почти такая же, которую Кэролайн скоро будет предлагать в «Романтике любви».
— И у меня нет сомнений, ведь ты выглядишь как настоящий торговый магнат, — со смехом сказала Сисси, и в уголках ее проницательных глаз собрались веселые морщинки.
— Очень уставший магнат, — тоже со смехом призналась Кэролайн.
Сисси кивнула. Хотя она ничего не говорила, Сисси очень волновалась за Кэролайн. Она видела, что под ее внешне бурной деятельностью скрывалась глубокая печаль. То, что она тосковала по Джеймсу, было ясно без слов. И все же Сисси думала, что Кэролайн слишком цепляется за свою утрату.
— И очень одинокий магнат? — подсказала она. — Иногда, — призналась Кэролайн.
— Тоскуешь по Джеймсу?
Кэролайн кивнула:
— Все время.
— Надеюсь, что ты не сочтешь меня слишком резкой, но я, будучи типичной уроженкой Новой Англии, не знаю, как можно выразить свою мысль, кроме как прямо высказать ее, — начала Сисси. — Я думаю, что тебе грозит серьезная опасность стать профессиональной вдовой.
— Это неправда! — воскликнула Кэролайн, удивленная этим словам и тому образу, который возник перед ее глазами.
Сисси стояла на своем.
