[Треухову] вспомнилась речь французского коммуниста… [который]говорил о буржуазной прессе. «Эти акробаты пера, — восклицал он, — эти виртуозы фарса, эти шакалы ротационных машин……. [Ниже подвыпивший Треухов кричит]: — Эти акробаты фарса, эти гиены пера! Эти виртуозы ротационных машин! — «Ругательная» разновидность формул типа «работник иглы» (Гейне о портном), «работник метлы», «пролетарий умственного труда» (в ДС 6, Бендер о дворнике). В 70-80-е гг. XIX в. получила хождение фраза «разбойники пера, мошенники печати», введенная Б. М. Маркевичем по адресу леворадикальных журналистов; «бандитами пера» назвал их позже М. Н. Катков. Ругань Маркевича цитируется Чеховым в письме к брату: «Разбойник пера и мошенник печати!» (24 октября 1887). Левые журналисты, в свою очередь, переадресовали эти ярлыки своим критикам: «шпионы пера, доносчики печати» и т. п. В фельетонах В. В. Воровского [в газете «Одесское обозрение», 20.09.08] встречаются клички «бездарности пера», «проходимцы кисти». «Эти выражения перешли и в советскую печать» [Ашукин, Ашукина, Крылатые слова, 539–540]. «Куда идете, гангстеры пера?» — фраза, припомненная Л. Никулиным в воспоминаниях о гудковской среде [год примерно 1925; Воспоминания о Ю. Олеше, 66].
Подобного типа ругательства употреблялись и вне журналистской темы: «бандит зубного дела!» [о дантисте; Тэффи, Человекообразные], «бандиты двуспальной кровати» [клопы, Бе 1928] и т. д. См. ДС 6//7.
13//18
Спланировав в последний раз, Полесов заметил, что его держит за ногу и смеется гадким смехом не кто иной, как бывший предводитель Ипполит Матвеевич Воробьянинов. — Зачем было Воробьянинову ввязываться в советский ритуал качанья? Возможно, что для соавторов это способ объединить И. М. в одну сценку с Полесовым — проявление «сказочно-мифологической» тесноты, замкнутости мира, ради которой они кое-где жертвуют правдоподобием (см. Введение, раздел 5). Мало того, что Воробьянинов присутствует при пуске трамвая — он еще и участвует в качаньи, а в число качаемых им попадает Полесов! По тому же принципу в пятигорской главе концессионеры случайно встречаются с Альхеном, супругами Щукиными и Изнуренковым, причем последний даже дает своему бывшему мучителю Воробьянинову три рубля [см. ДС 23 и ДС 36].
13//19
…Подкатил фордовский полугрузовичок с кинохроникерами. Первым из машины ловко выпрыгнул мужчина в двенадцатиугольных роговых очках и элегантном кожаном армяке без рукавов… Второй мужчина тащил киноаппарат, путаясь в длинном шарфе того стиля, который Остап Бендер обычно называл «шик-модерн». — Соавторы следуют наметившемуся к этому времени шаржу-стереотипу кинематографиста — нагловатого молодого человека, одетого с ног до головы по западной моде (непременно в особых очках), охотящегося в автомобиле за объектами съемки и типажами для фильмов, выглядящего экстравагантно на фоне скромно одетой советской толпы, в которую он бесцеремонно врезается. Вот некоторые параллели (выделяем лишь черты, буквально совпадающие с ДС):
